Опер, задержи меня

Открываются темно-серые двери, и я попадаю в допросную, которая особо ничем не отличается от вчерашней. Такая же конура с маленьким окном, двумя стульями и столиком посредине комнаты.

– Сядь. Огнев придет скоро.

Двери захлопываются, и я не теряю времени. Резко вскакиваю, подбегаю к окну. Решетки стоят на нем. Очень крепкие. Елки.

Дергаю наручники, пытаясь снять эту хрень с рук, но как раз в этот момент дверь беспардонно распахиваются.

– Упражняешься, мартышка?

Его голос. Стальной, резкий, очень низкий.

Тут же прекращаю свою попытку побега. Блин.

Оборачиваюсь и вижу майора передо мной. Сейчас почему-то он мне кажется еще большим, чем вчера. Такой точно пришибить может. Я бы обхватила себя руками, если бы в этот момент на моих запястьях не гремели эти жуткие наручники.

– Села.

Огнев бросает на стол папку и садится напротив меня.

Осторожно подхожу к столу и, стараясь как можно дальше сесть от него, плюхаюсь на стул.

– Снова допрос. Зачем?

Мужчина достает какой-то бланк и ручку.

– Адрес диктуй, где живешь.

Похоже, кто-то не собирается отвечать на мои вопросы. Отворачиваюсь от него, демонстративно показывая характер. Пусть знает, с кем имеет дело. Тоже мне, начальник милиции.

– Калинина!

Сжимаю зубы. Я как бы тоже не пальцем деланная и не собираюсь плясать под его дудку. Еще чего!

– Вы не отвечаете на мои вопросы – и я не стану!

Вздрагиваю, когда этот почти что двухметровый мент поднимается и подходит вплотную ко мне.

Даже дышать перестаю, когда он наклоняется ко мне, упираясь огромными кулаками по обе стороны от меня, заставляя задрожать. Я медленно поднимаю голову и встречаюсь взглядом с опасными темно-серыми глазами. Безразличными. Холодными. Такими… цвета грозы.

– Слушай меня внимательно, девочка. Ты не в садике, а я не твой воспитатель. Права качать и характер показывать будешь в другом месте. Не будешь давать показания – твое дело еще быстрее отправится в суд с дополнительными отягчающими фактами, которые прибавят тебе срок.

Сглатываю. Вот теперь мне реально страшно. Огнев говорит очень серьезно и спокойно, но у меня внутри все дрожит от его интонации. Гробовой просто.

– Да. Ясно. Более чем.

– Отлично.

Олег Игоревич убирает от меня руки и садится обратно на стул напротив.

– Адрес. Я слушаю.

– Рыночная, двадцать.

– Номер квартиры.

– Десять.