Опер, задержи меня

Два года тюрьмы или один минет. Вроде все понятно, но все равно. Как-то мне страшно.

Так, ладно. Минет. Быстренько вспоминаю, что это значит. Вроде несложно. Наверное. Ну, типа теоретически…

Поднимаюсь, обхожу стол и становлюсь прямо напротив мужчины. Если бы еще я знала, как это правильно делается, было бы проще.

Стою напротив него и реально пошевелиться боюсь. Ну зачем я вообще это ляпнула, а?

– Ну что медлишь? Передумала?

– Нет, я…

Во рту пересыхает. Я же не знаю даже его. Передо мной сидит взрослый мужик раза так в два меня старше, и я теряюсь.

Ну блин, я не могу так сразу!

Я не шалава и не соска. Черт. Не могу! Переступить через себя не могу.

Так и стою перед ним, как дурочка, опустив голову. Мне стыдно и неловко. Еще я побаиваюсь этого мента, который, похоже, только что просто на «слабо» меня взял.

– Так и скажи, лиса: «Не умею». Сядь на место и больше не неси такую чушь.

Почему-то облегченно вздыхаю. Как камень упал с души.

Олег Игоревич ведь мог и насильно меня заставить делать ему “это”, но не стал.

Неужели я настолько сильно ему не понравилась? Похоже, что да. Он смотрит на меня как на моль в шкафу. Свысока. С презрением. Вспыхиваю. Как-то обидно.

– Ну и ладно! Больно надо было. Чего тогда вы хотите? Вы же не просто так пришли сюда. Что мне сделать, чтобы вы отпустили меня?

Тяну за последнюю ниточку. На свободу очень хочу. Это все, что есть у меня. Вот реально, все, что осталось.

Воцаряется пауза. Что-то мне уже совсем как-то стремно. Я не знаю этих ментовских махинаций и, если честно, боюсь, что на меня сейчас еще десять дел повесят.

Вглядываюсь в него. Строг. Собранный весь такой. Холодный, как лед.

Огнев открывает какую-то черную папку и подталкивает ее ко мне.

– Посмотри сюда.

– Что это?

Боюсь прикоснуться к этой папке. Мало ли, потом еще пальчики снимут.

– Одно дело. В городе серийный маньяк объявился. Детей убивает.

Он говорит это очень серьезно, немного хриплым голосом.

Осторожно тянусь к папке и открываю ее.

На куче бумаг сверху лежат фотографии. Девочка светловолосая, с голубыми глазами. Очень юная, красивая. На следующем фото та же девочка, только теперь с застывшим взглядом, синими губами и синяками на шее.

– Это кто?

– Жертва номер один.

Откладываю эти фото и смотрю другие. Еще одна девочка, такого же возраста примерно, но темненькая. На последнем фото она лежит где-то в траве. И я не вижу жизни в ее глазах. Совсем.

– А это… жертва номер два?

– Да.