Мудрость, спасающая души. Благодатные дары православной веры

О! Да не загражду я неверием входа в сердце мое милостям Божиим, чтобы они не обратились от меня вспять.

    Святой праведный Иоанн Кронштадтский

Щит веры

Вера есть щит, покрывающий тех, которые веруют, не испытывая. Когда же кто станет вдаваться в мудрствования, начнет обо всем умствовать и судить по-своему, для того вера не составляет собой щита, напротив, тогда мы об нее спотыкаемся. Вера все укрывает и осеняет таково должно быть ее свойство. Нельзя ее укоротить рассудком, в противном случае ноги или другая часть тела останутся открытыми, а щит должен быть достаточной величины.

    Святитель Иоанн Златоуст

Знамения для познания веры

Апостол Павел говорит: «Языки суть знамение не для верующих, а для неверующих» (1 Кор. 14:22): то есть чудесный дар говорить разными неизученными языками ниспослан от Бога для людей, еще не уверовавших, чтобы через дарование знания языка преподать им наставление в вере и в то же время чудесным дарованием удостоверить их в Божественности веры.

Но для тех, которые уже уверовали, это знамение не нужно. По мере того как Божественная вера распространялась на земле, чудесное дарование языков сокращалось. И, следовательно, исчезновение этого дарования не есть оскудение благодати, но прекращение нужды в нем. Господь не одобряет в верующих искания очевидных, удостоверяющих знамений, но приписывает особенное достоинство вере, которая их не требует: «Блаженны не видевшие и уверовавшие» (Ин. 20:29).

    Святитель Филарет, митрополит Московский

Наука и вера

В широких кругах интеллигентного общества установилось, как известно, ужасное предубеждение, будто наука несовместима с верою; или проще, что ученые, умные люди не могут веровать.

И должно сказать правду, что фактически это имело основание: наши сравнительно образованные классы в последнее столетие несомненно проявили огромную наклонность к неверию. Неверие сделалось почти признаком мыслящего человека. Все мы, русские, знаем это и по опыту школьному, и по выдающимся писателям нашим, и просто по интеллигентскому быту.

Вера ушла от интеллигенции.

Но вот вопрос: почему? Обычно на это отвечают, что прежде же люди были темные, непросвещенные, всему слепо верили, а теперь будто стали умными и увидели-де, что все это одни лишь выдумки, нужные для обмана простодушных людей.

Но в самом деле это – неверное объяснение. Причина неверия наших образованных классов иная: не в науке, а в их воле; не в уме, а в сердце.