Мира

В отделе расположилось несколько человек, когда я вошла в комнату. Столы стояли так близко, что мы практически дышали друг другу в затылок. Это еще больше сводило с ума.

Я больше не могла сидеть в душной клетке и вышла в коридор вдохнуть воздуха и не делиться с ним какое-то время, наслаждаясь своим личным пространством и возможностью дышать полной грудью. Когда я пришла в себя, то услышала звук снизу. Две фигуры стояли на лестнице и тихонько разговаривали. Я спустилась на один пролет вниз на цыпочках и увидела там подругу со своим женихом.

Они сперва разговаривали, а потом он начал обнимать ее и целовать в шею. Светка посмеивалась и игриво отталкивала его:

– Ну, Коля, отстань. Не здесь же… Вдруг нас кто-нибудь увидит!

– Да никто нас не увидит, – мужчина прижался и поцеловал в губы: – Глупышка, Мирка никогда ничего не узнает. Обещаю.

Весь мой мир тогда перевернулся. Я узнала, что такое боль и измена. Раньше я никогда не сталкивалась с таким и не знала о таких вещах. Разве что в книгах. Пока я поднималась вверх по лестнице, мысли бродили по моему затуманенному мозгу.

Духота давила на меня и душила, а может, это были слезы, бежавшие по щекам. Не помня себя, я дошла до стола и плюхнулась в кресло. Моя любовь, мои планы и мечты, подруга, которая божилась в вечной дружбе, и красавец-жених, вскруживший мне голову, полетели в огромную дыру, образовавшуюся в груди.

Оставшиеся полдня я сидела и тщетно пыталась совладать с эмоциями, которые переполняли меня. Работа не клеилась. Грязные подробности бурной жизни парочки за моей спиной не выходили из головы.

Хотелось что-то сделать, как-то избавиться от дурных мыслей, кружившиеся в голове и как вихрь сметавших последние нотки разума. Я знала свою натуру, знала, что ничего не сделаю, что оставлю все как есть и молча поплетусь домой, как побитая собака, и все последующие дни недели буду зализывать раны. Не знаю, как так вышло, но моя рука дотянулась до телефона, а через минуту я слушала свой голос: «Бомба в здании. Я сейчас здесь все разнесу на мелкие кусочки».

Через несколько минут я услышала топот по коридору. Сотрудники выбегали из кабинетов и бежали прочь из здания на улицу. Люди в форме с оружием, кажется, омоновцы, выводили всех из помещения. Я присела на маленькую лавку между лестницей и дверью и хотела только одного – спрятаться от всех и побыть одной. Какой-то мужчина нашел меня за необычным занятием, наверное, подумал, что у меня шок, и стал выпихивать из закутка и тащить на улицу.