Академия Даниэля Сакса

Да что это такое? Издевается? Смеется? Смеется! Откровенно потешается, гад!

Отвернувшись, магистр зашелся хохотом, а я так и сидела на нем верхом, не понимая, как реагировать. Подо мной совершенно голый сырой мужчина, которого словно отфотошопили, и он хохочет без устали. Мускулы на его животе и груди напряглись, кожа блестела в неярком магическом свете и все кричит: «хватай, пока дают», но… Но!

Кое-что необычное привлекло мое внимание. Нечто черное: то ли татуировка, то ли магические символы, то ли еще что расползалось по животу магистра.

Неровный круг правее пупка пускал черные лучи, будто искрящиеся молнии, через живот почти до груди. Другие лучи уходили в область паха. Любопытно, но не настолько, чтобы дальше сидеть в такой позе.

Неуклюже слезла с кое-чего большого и твердого, к чему начала испытывать вполне однозначный интерес. Прокашлялась и, открыв уже известный ящик, выудила оттуда самые несексуальные семейники. Вот эти, в клеточку, вполне подойдут! Нет-нет, лучше в горошек.

Хотя даже в них он будет выглядеть как Арес или Аполлон!

Выпрямилась и поймала на себе плутоватый взгляд.

– Можно повторить? Вид уж очень понравился! – Сакс приподнялся на локтях и успел разглядеть все, что скрывалось под подолом его же футболки.

Поджала губы, с которых рвались все известные матерные ругательства разом, и запустила в него семейниками!

– Тебе что, шестнадцать? Прикройся лучше! О, боги!

Ну, угораздило посмотреть на то, что следовало прикрыть! Я выскочила из гардеробной, как ошпаренная, громко хлопнув дверью.

Маньяк! Извращенец! Сексуальный привлекательный извращенец, но неважно! У-у, ненавижу! Я зарычала и затопала ногами, злясь на саму себя и этого неандертальца. Ну, кто так себя ведет?

За закрытыми дверьми снова громыхнул смех. Даниэль откровенно потешался над моей реакцией, а я не могла совладать с собой. Да, неотразим! Да, знает это! Но, если надеется, что сразу прыгну к нему в койку – пусть утрется! Не видать ему меня, как собственных ушей!

Стоило немалых усилий успокоиться.

Кровь кипела, как лава в жерле вулкана. Мой гнев требовал выхода, но ни в чем неповинная подушка не помогла. Для надежности еще разок треснула ей по дверям в гардеробную, а на третий раз угодила по лицу магистра. Он играючи перехватил мое орудие и с широкой улыбкой поинтересовался:

– Полегчало?

– Ты хоть понимаешь, как я тебя презираю? – прошипела, с неудовольствием отметив, что он даже не оделся.