Академия Даниэля Сакса

Мы смотрели друг на друга и будто стали одним целым. Словно нет меня и его, а только мы. Единый сильный организм.

– Успокоилась? – мягко поинтересовался мужчина, хотя знал ответ. Кивнула, но не смогла отвести взгляд. Магия, соединившая нас сейчас, не отпускала. Мое тело дрожало, пропуская через себя потоки чужой силы. В черных как смоль глазах магистра появились розоватые искры. Мужчина нахмурился, моргнул, а в следующий миг отшатнулся от меня, словно увидел или почувствовал что-то неприятное.

– Что случилось?

Сакс растирал переносицу и молчал, а я терпеливо ждала ответа.

– Неважно. Платье на кровати.

Уходя, он не обернулся. Не отпустил пошлых шуточек. А в дверном проеме спешно ухватился за косяк, чтобы не упасть.

– Даниэль! – воскликнула взволнованно. Мужчина замер, его плечи напряглись.

– Все хорошо, Шелли. Переодевайся и спускайся вниз.

Дверь за магистром хлопнула уже уверенно. Выглянуть в коридор не решилась – что-то не дало, но ухо к двери приложила. Тишина. Если бы Сакс свалился – а в его состоянии вполне мог – я бы точно услышала.

Такой громила беззвучно явно не упадет. Ладно, чай мужчина, а не рахитичная барышня, разберется сам со своими проблемами.

Хоть я и пыталась себя успокоить, что странности в поведении магистра меня не касаются, но совесть, которой во мне отродясь не водилось, почему-то свербела и подначивала, что это я мужика до такого состояния довела.

– Да что я сделала-то? – не выдержала, наконец, натягивая на себя изящное черное платье, усыпанное пайетками сверху донизу.

Как по себе – я бы такой наряд не выбрала. Слишком блестящий, слишком обтягивающий, слишком вульгарный. Но раз уж мне изображать Селесту, так хоть в купальнике пойду! – Это он сам. Странный какой-то…

Совесть ничего не ответила на том и успокоились.

Размер почти подошел. Разве что в груди тесновато, да подол длинноват, но ведь я еще внешность не сменила. Посмотрела на себя в зеркало и широко улыбнулась. Красиво! Открытая грудь, тонкие нити бретелек уходят за спину, перекрещиваются там и сливаются с тонкой тканью на талии.

Глубокий вырез на всю спину слишком откровенный, но на дворе не восемнадцатый век. Селеста себе не враг. Насколько слышала, она желает сдружиться с матерью Сакса и не станет меня подставлять. То есть, себя подставлять.

Надела черные туфли на высоких шпильках и едва не свалилась. Обувь на два размера больше! Решила спуститься босиком, а обуться уже после того, как наращу себе ступни.