Бывшая любовница

Тут Маша наконец отмерла и вскинулась, прижав руки к груди:

– Отто Маркович… Я…

– Можете не благодарить, Мария Владимировна, – обернулся он. – И кстати, белое платье во сне означает, что ваши личные качества или достижения в какой-нибудь области получат всеобщее признание. А также что вы услышите новость, которая окажется для вас выше всяческих похвал.

И ушел, оставив Машу в полном раздрае.

Так она справилась? Все серьезно?! Оооо…!!!

А у шефа встроенный рентген, видит и под углом, и сквозь стены!

Не успела унять радость и заметавшиеся мысли, пришло осознание.

 Пусть на пару дней, ненадолго, но ей придется вернуться ТУДА. Вновь окунуться в горечь недавнего прошлого. Внезапным холодом залило всю радость. Умом понимала, что видеться с бывшими друзьями нельзя. Лишнее, она в себя пришла только-только.

А сердце защемило болью и забилось.

***

Назначение, новая должность, на этот раз уже настоящая, – все прошло немного отстраненно, почти во сне. Дома, конечно, по этому поводу был праздник.

Отца просто распирало от гордости, а Маша все не могла прийти в себя.

Совсем как на вступительных экзаменах. Долго-долго читала свою фамилию в списках. Читала и не верила. Вот так и сейчас. Только тогда рядом с ней были ребята.

Память подбросила яркий момент. Маша стояла, застыв, смотрела на свою фамилию, потом уткнулась носом в ладони. Аня что-то тарахтела, выискивая их в списках, потом кинулась ее обнимать, крича:

– Машка, Машка! Мы попали! Все трое!

Подошел Андрей, он немного отстал:

– Ну, поздравляю, девчонки! – и протянул обеим руки.

И они обе, смеясь, пришли в его объятия. Хохотали. Обнимались. Радость через край, до счастливых слез. Сердце, казалось, не помещается в груди, сейчас выпрыгнет обнимать весь мир. Потом долго гуляли по городу, смеялись, бегали по улицам, пугали криками прохожих.

Втроем, как одно целое. Друзья, студенческое братство. Казалось, это навечно.

Думала ли она тогда, что настанет день, когда сама мысль видеть друзей будет вызывать отторжение и боль? А вот поди ж ты…

Заметив, что она рассеянна и немного не в себе, папа подошел и приобнял девушку за плечи.

– Хочешь, я поеду с тобой, помогу собраться?

– Ты? – удивилась Маша.

– Да, сумки-то, поди, тяжелые будут? Косметика там, наряды…

Маша засмеялась. Отец улыбался, однако взгляд у него был вдумчивый и серьезный. Словно видел гораздо больше, чем она готова была показать.