Покровитель для Ангела. Собственность бандита

Мы выгрызали себе это место, мы зарабатывали себе каждую копейку и уважение в городе, и теперь я не собираюсь так просто отдавать все то, чего мы добились.

Хочет Тоха семью – будет ему семья, а мне и так заебись. Мне нормально, нормально… мне, сука, хорошо одному. Мне и нужно было быть одному и не подпускать эту девочку к себе. Я сделал ошибку и теперь расплачиваюсь за нее сполна.

И если Тоха уже домашний и ждет ребенка, то у меня нет никого. Ангел была, но после того, что я с ней сделал, она не любит меня, не уважает, а ненавидит, и мне не нужно с ней говорить, чтобы еще раз в этом убедиться.

Кажется, только сейчас до меня доходит смысл слов Тохи. Ангел же не приехала в клуб, тогда куда он ее дел? Ее сегодня выписали.

Бросаю взгляд на часы. Два ночи. У меня сна ни в одном глазу. Я думаю о ней, хоть уже поклялся себе отпустить и забыть, а оно не забывается, сука, ни хрена, тогда как перед глазами эта девочка. Боже, кажется, я схожу с ума.

– Алло, куда ты ее отвез, на квартиру новую? Там все оплачено. Сможет жить.

– Э-э… нет.

– В смысле? Где Ангел, Тоха? Я тебе башку снесу! ГДЕ ОНА?!

– Я ж тебе говорил, Лина хоть и была слабой, но настояла, чтоб домой ее отвез. Сказала, сама справится и вещи там есть. Ничего ей не нужно от нас.

– Куда домой?! Там нет ни хрена, даже замка в двери нет, Тоха!

– Да я откуда знал? Блядь…

– Случится с нею что, я тебя кончу, понял? Я тебя кончу!

От злости напрягается спина, хочется лупить в стену.

Внутри неспокойно. Какого лешего она уперлась? Упрямая, вечно делает по-своему, в клубе Ангела бы никто не тронул, на квартире бы жила себе припеваючи, но почему она не послушала, блядь?

Приезжаю к ней, открываю дверь. Не заперто, конечно. Я уже был здесь, и уже тогда квартиру обнесли. Даже батареи сняли, краны, плитку отковыряли. Было бы удивительно, если бы не тронули.

Захожу, не разуваясь.

В квартире темно, зябко, сыро. За окном льет дождь проливной, скребется в окна.

Прохожу по коридору, попадаю в гостиную и замечаю ее у стены.

Ангел сидит у стены на чертовом пакете, скрутившись от холода и склонив голову к согнутым коленям. На девочку падает тусклый свет фонаря, давая разглядеть ее тонкую фигурку. Вот тогда меня накрывает, и мои обещания, данные самому себе, летят к чертям собачьим.