Гражданская жена

Откуда ты об этом знаешь и о каких мужчинах ты только что говорила? О КАКИХ?! – Он и сам не ожидал, что так взовьется от слов матери. – Тебе это доподлинно известно? Есть свидетели? КАКИХ??!!

– Потому что я была там, в этом вертепе! И видела все своими глазами.

– Что? – осекся мужчина, мгновенно похолодев. – Что ты видела?

На сей раз Валерия Аристарховна смогла более внятно все перечислить. Он слушал, и не мог понять, откуда это давящее ощущение в груди, как будто ему нечем дышать? А в мозгу отдавалось это проклятое: мужчины… мужчины…

– Каких мужчин ты видела у нее мама? – прервал он поток возмущения.

Видит Бог, Александр старался говорить спокойно, голоса не повышал, но теперь уже осеклась его мать.

– Ну как же… Кто-то же перетаскивал ее вещи? Грузчиков она не нанимала. И еще… При мне какой-то мужчина принес ей пакет, который эта растяпа оставила на стоянке. Я не удивлюсь, если она вообще все растеряет, кстати, ты проверил, в каком состоянии квартира? Потом заявился разносчик пиццы, вошел, прямо как к себе домой.

А потому что дом отрыт настежь! И… – тут она замялась и в трубке послышались то ли рыдания, то ли сопение. – Она при нем сказала мне… Мне! Чтобы я убиралась и духу моего там не было, грозилась спустить меня с лестницы! При нем, при этом разносчике… Какой позор! Александр, если ты так это оставишь, я не знаю…

Мужчина слушал, и противоречивые чувства одолевали его, а сердце, казалось, ерзало в груди.

– Зачем ты ездила к ней, мама? – спросил он наконец.

 – Кто тебя просил? Я тебя об этом просил?!

– Я…

– Я сам разберусь с этим, мама. Будь любезна, больше не вмешивайся в мою жизнь!

– Но там же… Я хотела…

– Я знаю, ты хотела как лучше, но я разберусь со всем этим сам!

– Тебе все равно, что она меня оскорбила?!

– Она принесет тебе извинения, – проговорил он и отбился, понимая, что еще немного, и его просто разорвет.

Потом долго стоял, прислонившись лбом к стеклу. В груди клокотало от смеси гнева и какой-то болезненной обиды, мысли носились в голове.

А перед глазами снова стояло лицо Веры там, перед школой. Этот ее дурацкий страх, настороженность. Спрашивается, за что? Что он сделал ей такого, что она готова принять помощь от кого угодно, от человека с улицы, только не от него?

Кулаки невольно сжались.

За спиной раздался тихий звук.

***

Тихонько отворилась дверь. Верховцев сразу обернулся. В курилку неслышно скользнула Вика.