Избранница дракона. Седьмой рыцарь

Все, что хотел получить в ближайшие несколько лет путем хитросплетенных интриг, случилось за один день само собой. Теперь он наследник престола, незыблемо и неизменно! Дядя Ансельм сам это признал. Но!

Но! Его неконтролируемо трясло от злости.

Мало того, что его, как сопливого мальчишку, продержали прикованным к креслу в присутствии посланника проклятого Хаториана, этого ехидного лорда Хатора! Ему еще доходчиво объяснили, что каждый вздох наследника престола Илтирии отныне будет контролироваться представителем ненавистного Джагарта!

Но и это еще не все!

До сих пор в ушах стояло:

– Я намерен в ближайшее время направить наследника во главе экспедиционного корпуса к восточной границе.

Надо прекратить постоянные набеги степняков-кочевников, – сообщил Ансельм. – Надеюсь, Джагарт вышлет наблюдателей и советников, чтобы наследник имел возможность получить достаточный боевой опыт, а также навыки управления? Вы же понимаете, лорд Хатор, наследник еще слишком юн и неопытен.

– Разумеется, ваше величество, – поклонился посланник Хаториана. – Можете не сомневаться. Наследник не останется без помощи и чуткого внимания.

Наследник юн и неопытен?!

Не останется без помощи и чуткого внимания!?

Но ни на какую восточную границу Филберт ехать не собирался! Тем более с наблюдателями Хаториана, которые будут совать свой нос в каждую щель! А строптивую девчонку Ванлерт он собирался уложить в свою постель уже сегодня.

А вместо этого?!

Вместо этого его оповестили, что свой выбор он должен будет подтвердить на Весеннем балу через год.

Не раньше. Таков обычай.

Плевать он хотел на обычай!

Филберт зло выдохнул, качая головой.

Мать забрала девчонку к себе. Мать на его стороне. Что бы ни случилось, он знал, что мог на нее рассчитывать. Герцогиня Танри все уладит.

Надо зайти к ней, поблагодарить, а после…

После он собирался получить то, что причиталось ему по праву.

***

Герцогиня Аннелия заперла комнату на ключ, оставив Мину сидеть там в одиночестве и лопаться от ярости и возмущения.

Так вот она какая, любовь первых рыцарей!

Герцоги! Вельможи, сильнейшие маги древних родов королевства!

Вот чего стоит их честь!

Можно долго рвать и метать, но если ловушка затягивается, словно петля на шее, хочется плакать от бессилия. Сдаться и умереть от жалости к себе. Она сползла по стенке, задыхаясь беззвучными рыданиями.