Орбиты Израиля. Том 1

№84):

«Но что скажешь ты, дорогой мой [обращение автора к вымышленному другу Биньямину, которого автор своими письмами пытается направить на правильный путь], если все, что видят твои глаза, – не более чем внешняя сторона Торы, сохранившаяся в столетиях невыносимого давления, тогда как дух Торы покинул ее? Если народ Израиля, избегая жизни окружающего мира, утратив и мировоззрение, и саму жизнь, а в последний период – перестав пользоваться ими и для понимания Торы, – был счастлив, если удавалось сохранить хотя бы внешнюю сторону? Если из-за ветров перемен, властвовавших над миром, Тора окаменела, а народ Израиля из опасения отогнал от себя эти ветры, подобно человеку, отгоняющему коршуна от мертвого тела любимого? Если сотни лет страданий и нищеты, стесняя действие, приучили еврейский народ лишь смиренно терпеть свою судьбу, находя в молитве душевный подъем и утешение? Если этот период истории и развил в народе такие черты? Если вдобавок ко всему развилась в нем необъяснимая покорность, унизившая его дух и сформировавшая его заново? Если все это привело к мировосприятию, видящему в действиях человека только мистические влияния на миры, в силу чего многие в Израиле [в народе Израиля, государства Израиля тогда еще не существовало] перестали понимать заповеди Творца, цель которых – воспитать человека и обустроить его жизнь, низведя эту цель до камей и заклинаний? Если все, что ты, дорогой мой Биньямин, видел и знал, – не более чем оболочка иудаизма и его осколки, иудаизм непонятный и искаженный?»

Добавим длинной цитатой мнение рава Элиэзера Берковича из 4-й главы его книги «Не на небесах» (1983), изданной на русском языке в иерусалимском изд-ве «Маханаим» в 2012 году в переводе Мириам Китросской (мы сохраняем стилистику перевода):

«Та характерная для изгнания форма, в которой дошла до нас Устная Тора и вместе с ней галаха, может стать индикатором серьезности проблемы, стоящей перед еврейством, видящим свое будущее в галахическом иудаизме.

Двойное изгнание галахи – из реальности и затем в литературу и кодексы – заковало ее в кандалы, и она уже не в состоянии отвечать на запросы нашего времени. Нигде это не чувствуется так сильно, как в современном государстве Израиль.