Муж для ведьмы

Кормить его местной пищей невозможно!

Беззубый покосился на него, а в глазах неожиданно появился хитрый блеск.

– Кхе-кхе, – прокашлялся он. – Ваш дракон, ижвините жа прямоту…

– Обеспечил ваш Сквартон на месяц печным топливом, – отрезал Гийом Саварэ. – Вернемся к теме. Мне сейчас нужно срочно отбыть. Но через пару дней я вернусь, и расследование продолжится. Этот случай действительно особый. И нужно убедиться, была ли ведьма на самом деле, или вы, желая привлечь внимание верховной миссии, подняли ложную тревогу.

Если до этого Бискар посмеивался, то тут он как-то сразу стух и наконец замолчал, а глазки встревоженно забегали.

– Можете не провожать меня, – проговорил Гийом. – Я сам найду дорогу.

И не оглядываясь пошел от высокого, увенчанного острыми башенками здания миссии к самому краю причала. Туда, где среди портовых складов и помещался его дракон. Вывел ящера, застоявшегося за эти два дня в тесном загоне, быстро взобрался к нему на спину и взлетел в ночь.

Один круг над морем. Он дал возможность дракону размяться и черпнуть лапами воду, а потом развернул его и направил в сторону гор.

Путь пролегал над городком, Гийом специально выбрал ту самую улицу, с которой и началось все это.

Противоречивые мысли теснились в голове. Раздрай полный. Потому что он не промахивался никогда. Он ведьм чуял.

Безошибочно нашел место, откуда пошел всплеск силы. И женщину. Странную, будто новорожденную. Несущую на себе неуловимый след магии. Гийом мог с уверенностью сказать – вот она, ведьма. Если бы не одно «но».

Она оказалась пустышкой.

Ни намека на силу.

«Хорошо», – сказал он себе. – «Ты ошибся. Как ни досадно, но выбрось теперь ее из головы и сосредоточься на деле».

Но выбросить не выходило. Он возвращался к ней мыслями снова и снова, анализировал. Искал особенности, недостатки, это обычно помогает лучше всего. Да, не юная, не ослепительно красивая. Но мужчина в нем почему-то мгновенно настроился на нее.

В конце концов он решил, что это временно, переспит с ней и на том все закончится.

С этой мыслью и зашел наутро в «Кабанью ногу». Но при дневном свете она неожиданно стала восприниматься по-другому.

А впечатление то же, что и в первую встречу. Все его инстинкты кричали – ведьма. И опять все разбивалось о то, что она пустышка, силы никакой.

Он опустился до того, что стал следить за ней. Ее оговорка про монастырь звучала смехотворно. Но… что-то странное, неуловимое…

И дерзость! Дерзость этой женщины просто вымораживала его.