Азбука спасения. Том 69

К числу их следует отнести и настоящее восьмистишие. Здесь указываются – смирение, чистота совести, взыскание оправданий, упование спасения, терпение, ревность о доброй нравственности других, любовь богопреданная и, наконец, убеждение в непреложности заповедей Божиих.

Виждь смирение мое, и изми мя, яко закона Твоего не забых. Смирение есть такое расположение духа, по которому, украшаясь многими совершенствами, считают себя такими, как бы в них не было ничего доброго, а потому и ставят себя ниже всех. Сознавая же себя бессильными сделать что-либо достодолжное, испрашивают у Бога на всякое доброе дело силы – начать его, продолжить и окончить, а, совершив его, воздают благодарение Богу, яко Совершителю, ничего не приписывая себе.

Такое расположение духа есть корень жизни духовной. Без него не ждите помощи Божией, а без помощи Божией ни в чем не успеете. Пророк и ставит такое расположение во «главе».

Смирением называется и то еще, когда кто бывает смиряем внешними обстоятельствами – лишениями, утеснениями, болезнями, нуждами, потерями близких и тому подобное.

Может показаться, что именно об этом смирении и поминает здесь пророк, ибо, сказав: виждъ смирение мое, прибавляет: и изми мя, исторгни, то есть, меня из внешних смирительных обстоятельств. Нет сомнения, что хотя и это было, но пророк, минуя то, останавливает взор Божий на смирении сердечном – едином достойном Его воззрения. Только на том основании, что оно присуще сердцу, мог он дерзновенно воззвать к Богу: изми мя. Это равносильно просьбе больного к врачу: сними пластырь, рана уже зажила.

Покорствую, смиряюсь, сознаю, что я – ничто. Воззри же, Господи, на это самоуничижение мое и высвободи меня от прискорбных случайностей, яко закона Твоего не забых. И большой грешник может иногда приходить в самоуничиженное чувство своего непотребства, но ему не пристало воззвать к Богу: виждъ… Нельзя ему воззвать и: изми мя, ибо за что изъять, когда всю жизнь валяется он в похотях? Только то самоуничижение ценно перед Богом, которое имеется при полной верности закону Его, и только то воззвание изми мя сильно, когда при нем совесть не укоряет, что когда-нибудь и в чем-нибудь был забыт закон Божий.

Верен закону смиренный, но ничего себе не присваивает, не считает себя стоящим чего-либо, не думает, что благосостояние есть неотъемлемый удел его, потому и молится: изми, прося сего, как милости. Говоря же: яко закона Твоего не забых, он хочет сказать только то, что есть раб Божий.