Азбука спасения. Том 68

Если Христос, когда после того, как Он сказал Никодиму: аще кто не родится свыше, не может видети царствия Божия, Никодим изумился, говоря: како может человек родитися стар сый? Еда может второе внити в утробу матере своея и родитися? – если, говорю, его укорил Христос, сказав: ты еси учитель израилев и сих ли не веси? (Ин.3:3—4,10), – при всем том, что он еще был неверующий и не знал, что есть благодать, то какого осуждения достойны мы, которые бываем учителями по явлении благодати, получаем такое богатое научение и каждодневно еще учимы бываем Апостолами, Пророками, отцами церкви и Самим Господом нашим, – и не знаем таинства благодати?

Если мы не знаем, как надлежит проводить настоящую жизнь, как должно обогащаться добрыми делами и являть себя рабами правды Божией, как обещавшимся безукоризненно работать живому Богу, – ни того не знаем, какими надлежит нам прежде сделаться самим, чтобы потом руководствовать и других, то, скажи мне, как можем мы быть достойны принять на себя попечение о Господнем стаде и охранении его? Как в таком случае возможно нам пасти его по воле Пастыреначальника Христа и уметь изводить его на присноживотные пажити? Но – о ослепление! о невнимание к Богу и божественным вещам! Заткнули мы уши свои, как аспиды, и стали как мертвые, глухие, слепые, безгласные, – не понимаем, что говорят Божественные Писания, и не знаем, что такое христианство.

Но при всем том, что не знаем таинства воплощенного домостроительства, не знаем точно и других христианских таин, без стыда, однако ж, беремся учить других о свете ведения. Ведение не есть свет, но свет есть ведение, ибо в этом Свете, и чрез Него, и из Него все бысть. Если мы незнакомы с зрением сего света, то обнаруживаем чрез то, что мы еще не родились и не вышли на Божий свет, но находимся еще во чреве или, лучше сказать, мы – мертвородные выкидыши.

А между тем без стыда восходим на священные степени, и, что хуже всего, большая часть из нас в крайнем бесстрашии Божием покупаем священство за деньги и ищем предстоятельства в Господнем стаде, не сделавшись еще и агнцами. И все такое делаем мы не по чему другому, как потому, что нам так хочется.