Найти королеву

Ибо, куда авантюрную жилку приложить, если с одной стороны урожай и налоги, а с другой старина Найкл с его постоянным нытьем – женитесь сир, женитесь?

А Рихарт был не из тех, кто согласится вот так, без души да из-под палки. Вероятно, потому и рассекал теперь в таинственном инкогнито по улицам ночного Астельхаса «плащом укрывшись до бровей».

Фарэйн готов был взвыть. Королю приключения, я ему головная боль.

Однако они уже выходили на площадь перед ратушей, и то, ради чего он пришел сюда с этой леди, только начиналось.

***

Заключенный сидел в позорной клетке на всеобщем обозрении, как зверь. Он и чувствовал себя зверем. Но только зверем умным, способным выжидать, подкрадываться, даже притвориться мертвым. Чтобы потом в доли секунды вырвать горло своего врага и напиться его крови.

Королевский сотник прекрасно знал, что обрекает Харта на дикое унижение, когда говорил: «Чтобы каждая кухарка могла насладиться зрелищем». И все же, он предпочел бы торчать здесь, чем сидеть в подземных казематах Астельхаской тюрьмы.

Да, на него показывали пальцами недоумки, в него кидали объедками. Но издали. Ближе не подпускала охрана. На него таращились «кухарки». Женщины. Молодые, старые. Честные замужние и просто шлюхи. Многие в глубине души желали его. Харт видел это в их взглядах, в неосознанном языке тела.

Боялись и желали. Потому что он казался им притягательным. Сильный. Красивый. Злой. Умелый. Настоящий зверь. Иные за одну ночь с ним отдали бы многое.

Среди пестрой толпы, вертевшейся на площади, Харт заметил нескольких старых знакомых. А толчея и обилие зевак вокруг его клетки позволила им приблизиться и обменяться некими условными знаками.

Харт внимательно наблюдал и запоминал все. Малейшие нюансы поведения и привычки стражников, особенности расположения домов, даже архитектурные излишества. Все, чтобы использовать в дальнейшем. Потому что не собирался торчать тут до суда, Харт собирался выйти гораздо раньше, просто все надо было подготовить.

Его в настоящий момент интересовало только как бы поскорее выбраться на свободу. А там уж он сумел бы добраться до той беленькой девки, с которой ему так и дали закончить начатое. Он еще не решил, что будет с ней делать, знал одно, пока не доберется до нее, не успокоится.

Ну а потом, конечно же, он собирался добраться и до короля, которому вздумалось выставить его на посмешище.