Телохранитель для принцессы. Первый рыцарь

«Я к вашим услугам, леди»

Это бесило!

А потом они странно шептались, на грани слышимости, вызывая у Изольды глухое раздражение. В чем дело?

Изольда не выдержала и решительно полезла наружу.

Бейли схватила ее в охапку, заталкивая внутрь, завязалась борьба. Изольде было уже плевать на все. Нельзя вечно терпеть, однажды наступает предел. Потому она отбивалась изо всех сил, пока Бейли, стискивая, заталкивала ее обратно.

И вдруг все прекратилось. Бейли отлетела куда-то в сторону, и теперь совсем другие руки держали ее, словно стальные клещи.

Он. Ее телохранитель. Рыцарь. И когда только успел…

– Что здесь происходит? – низкий угрожающий рык. Никакого бархата в голосе, одна сталь.

Не получив ответа, он снова встряхнул Изольду.

– Как вы смеете! – опомнилась Бейли, зашипев: – Я принцесса!

– Помолчи, – тихо рыкнул он. – Я и сам вижу, кто здесь принцесса.

И сдернул с Изольды капюшон, закрывавший лицо.

Сдернул и странно застыл, глядя ей в глаза.

В тот момент Изольда была рассержена.

И собиралась высказать все, что об этом, с позволения сказать, рыцаре думает. Но под его яростным взглядом слова забылись и запал ругаться испарился. Она смотрела на него открыв рот. Глупо, но ничего не могла с собой поделать.

И тут рыцарь, словно опомнившись, отпустил руки и отвернулся. Резко бросил ей на ходу:

– Прикройтесь, принцесса.

И выбрался из повозки.

Глава 4

Берт был ошарашен. Кажется, его звала высунувшаяся из повозки Эрмина, он отмахнулся, не оглядываясь.

Ноги сами несли его дальше оттуда.

Дальше! Взобрался на холм, у подножия которого был разбит лагерь. И только там, оставшись один в темноте, выдохнул.

Что с ним только что было?

Глаза.

Глаза этой девочки. Синие, ярко светящиеся изнутри. Они мгновенно напомнили глаза другой девушки. И это словно отбросило на двадцать лет назад, снова заставив чувствовать себя проклятым идиотом.

Однако спустя короткое время он отошел, встряхнулся.

Сейчас, когда первое впечатление отпустило, Берт мог бы сказать, что глупо повелся. Ничего общего.

Та, другая, была как морской ветер. Он даже на мгновение вновь ощутил ее запах, от которого когда-то давно сходил с ума. Но то воспоминание больше не имело над ним силы, только немного застарелой горечи.

А эта… Те же синие глаза. Но эта похожа на ручей, тихий и незамутненный. И пахла совсем иначе. Цветами.

И все-таки. Что-то в них обоих было общее.