Самый трудный день. 22 июня 1941 года

 – Связь с полевыми командными пунктами армий будет минут через пятнадцать.

– Очень хорошо, товарищ Фрязин, – ответил Шаманов, – свяжите меня с маршалом Шапошниковым.

Полковник пощелкал клавиатурой, и через несколько секунд заставка на большом экране в виде эмблемы войск связи (той самой, с красной звездочкой) сменилась цветным, ярким и сочным изображением маршала Шапошникова, с покрасневшими от вечного недосыпания глазами, сидящего в своем кабинете в здании Генштаба.

– Добрый вечер, Борис Михайлович, – поздоровался Шаманов.

– Добрый вечер, Владимир Анатольевич, – ответил Шапошников. – Дела приняли?

– Да тут особо нечего было и принимать, Борис Михайлович… – И Шаманов коротко рассказал об обнаруженном поддельном плане отражения агрессии. – Сейчас пытаюсь поставить задачу местным товарищам, чтобы завтра они во всеоружии встретили врага.

– Ну, – кивнул Шапошников, – бывший командующий Западным Особым округом теперь проходит совсем по другому ведомству. Так что вы, голубчик, постарайтесь в кратчайший срок ввести их в курс дела.

Потом старший майор попросил связаться с его начальством. Пара щелчков клавишами – и вот на экране появился «лучший менеджер всех времен и народов» в своем пенсне, после чего старший майор кратко доложил ему текущую обстановку.

– Товарищ Сергеев, – произнес Берия, немного помолчав, – то, что Павлова взяли в целости и сохранности – это хорошо. Продолжай в том же духе. Назначаю тебя исполняющим обязанности начальника особого отдела фронта.

Цанаву я предупредил, он в твои дела соваться не будет. Сам буду у вас в Минске к утру вместе со следственной группой. Желаю тебе успеха, товарищ старший майор.

Когда Берия отключился, в штабе началась повседневная работа. Генерал-майор Сазонов принялся названивать из своего кабинета, поднимая по тревоге подчиненный ему западный округ ПВО и отзывая с полигонов зенитно-артиллерийские полки, отправленные туда по приказу Павлова. Например, в настоящий момент небо над Минском защищали всего восемь, оснащенных приборами управления стрельбой ПУАЗО-3 зенитных батарей по два зенитных орудия 85-мм 52-К в каждой.

Против массированного налета это все равно что ничего. Впрочем, массированных налетов вражеской авиации никто допускать не собирался.

Первым рубежом обороны должна была стать воздушная армия ОСНАЗ, истребительные полки которой сейчас выполняли перелет из Смоленска на подготовленные для них полевые аэродромы.