Змеиная невеста. Дочь врага

Потом выбросил в сторону руку и сделал жест, как будто берет что-то, и резко рванул это на себя. Буквально из воздуха на стул рядом с ним горой посыпался целый ворох одежды. А он бросил не оборачиваясь:

– Надеюсь, самостоятельно одеться сможешь? Потому что если не сможешь, придется тебе помочь.

– Да! – выпалила она.

– Очень хорошо, – все так же, не оборачиваясь. – Одевайся. Я зайду через пятнадцать минут.

И вышел.

Дверь хлопнула, а она так и осталась сидеть, прикрывая рот ладонью.

Ее трясло, хотелось плакать.

Но плакать нельзя! Да, Рази понимала, что в чем-то, может быть, перегнула палку. А в душе поднимался протест. Ни в чем она перед ним не виновата! И все же вина была, она это чувствовала. Ужасное состояние.

Из своих душевных метаний она вынырнула, когда из отведенных ей на переодевание пятнадцати минут осталось не больше десяти. Бросилась к куче одежды. Безумно дорогой одежды и с большим вкусом подобранной. Хотелось спросить себя, где он это взял и кто носил это до нее? Но вся одежда была новая.

В какой-то момент Рази просто поняла это, хотя у нее и не было времени анализировать.

У нее вообще не было времени ни на что! И она нисколько не сомневалась, что Захри исполнит свое обещание, если она не успеет одеться вовремя. Боялась она его? Того, что он может сделать? Да, однозначно. Но в какой-то мере его импульсивность и колоссальная сила, прорывавшаяся в моменты несдержанности, ее восхищала. Не хотелось думать об этом. Она сосредоточилась на одежде. А времени осталось совсем, катастрофически мало.

Выбирать… Тут было много разного, наверное, на все случаи жизни. Рази выбрала черный костюм из тонкого трикотажа. Полностью закрытый, верх под горло. Оделась, быстро собрала золотые волосы в пучок. Обувь. Под это не подходили те туфли, что были на ней. Те были больше пригодны для спальни. А ей хотелось другого.

Рази шевельнула рукой одежду на стуле, гора развалилась, и из нее вывалились ботинки. Черные шнурованные женские ботинки. Рази уставилась на них, понимая, что всю жизнь мечтала однажды позволить себе такую брутальную обувь, но в доме отца не посмела бы заикнуться об этом.

А тут она даже не сомневалась.

Хуже уже не будет.

Хуже, чем о ней думают и чем к ней относятся, уже не будет.

Почему же ей не поступить хотя бы раз в жизни так, как ей хочется. Примерила, ботинки оказались впору. Грубые снаружи, но такие удивительно мягкие и удобные внутри. Они шли ей, создавали неожиданно хрупкий и сильный образ.