Семиречинская академия: наследство бабки Авдотьи

Никто, кроме Александра, который сразу же протянул ему руку и посадил рядом с собой, накладывая угощения, последнему гостю не обрадовался. Его старались не замечать, но он не огорчался, сел в сторонке и молча улыбался, наблюдая за вечеринкой. Александр подсел к нему, не участвуя в разговорах, лишь подходил к столу, чтобы наполнить рюмку Якова Самсоновича и подложить ему очередную порцию горяченького мясца.

Тост за тостом – гости захмелели. Тетя Вера, наконец, с красным носом и щеками, набралась смелости и подсела к Матвею, откровенно заигрывая.

Но он краснел и отодвигался, украдкой посматривая в сторону матери. Кирилл уловил его взгляд, и взгляд ему не понравился. Мать о чем-то оживленно беседовала с тетей Августой и коллегой по работе, не отвечая взаимностью. Но Кириллу легче не стало, он вдруг испытал ревность.

Ох, уж эти игры взрослых! А вдруг обе женщины были правы?

Наконец, гости начали расходиться. Засобирался и Яков Самсонович, прощаясь с Александром. Увлеченная Матвеем, тетя Вера только сейчас обратила на Якова Самсоновича внимание и сообразила, что перед нею отец бывшей невесты племянника.

– А он что тут делает? – удивилась она. – Кто ему разрешил здесь находиться?

– Да он тут частенько бывает, – пояснил ей ситуацию Кирилл. – Проверяет, не нашелся ли клад, зарытый их бабкой.

– Это мой друг, – заявил Александр, вызывающе. – Ему не нужно разрешения. Тетка Верка, а ты почему на людей нападаешь? – прищурился он. – Разбирайся с Матвеем. Матвей Васильевич, увели бы вы ее куда-нибудь, а то женщина горит желанием обнять мужчину своей мечты.

Александр был пьян. Кирилл сразу почувствовал, что он вернулся в то состояние, которое у него было в то время, когда они ругались. Брат набычился, выпятив нижнюю губу, руки у него сжались в кулаки, а глаза налились кровью.

– Вы тут тоже… я заметил, не самый желанный гость, – ядовито заметил Яков Самсонович, подливая масла в огонь.

– Это я-то не желанный? – возмутилась тетя Вера, задохнувшись.

 – Это я-то! Да как ты смеешь… Вор, рецидивист! Мало вам Анькиной квартиры, вы и на дом нацелились? Обхаживаешь ребенка? Что вам еще надо с твоей потаскушкой? Я бы постеснялась на улицу выходить, если бы у меня была такая дочь!

– Зачем мне отбирать? Мы вроде как не чужие… – Яков Самсонович не ожидал такого отпора. – Саша почти зять мне. Милые бранятся, только тешатся, – миролюбиво произнес Яков Самсонович. – Да вы Сашу своего спросите, он подтвердит.