Ее нельзя убить

Когда начало темнеть, Валентин Петрович предложил выпить по чашке ароматного капучино в общей столовой. В отделе царила добрая атмосфера спокойствия и общего выздоровления. Проходящие мимо сотрудники подшучивали, обсуждали прошедший, а для кого- то только начавшийся рабочий день.

Попрощавшись, наконец, с коллегами и выйдя за территорию больницы, я увидела, что совсем стемнело. Звезды с высоты светили ярко и приветливо. Предупредив тетю Марину, что задерживаюсь, я решила пойти домой пешком. Было далековато, но дневная жара спала и было приятно находиться в объятьях теплого воздух любимого города.

Голова шла кругом от избытка эмоций. Хотелось снова и снова пережить в мыслях этот день. Задержаться в минутах, проанализировать свои ответы, поведение.

Улыбаясь своим мыслям, я не сразу увидела, как около меня резко затормозила темная высокая машина, и из нее быстрым шагом направились ко мне двое мужчин. Очень быстро они оказались рядом, больно вывернув обе руки. Крик вырвался из груди в момент, когда чья- то большая ладонь накрыла мне рот, заглушив звонкий девичий истеричный зов о помощи.

Меня запихнули в машину и снова липкий страх сковал прерывистое дыхание. Молодое тело еще рьяно сопротивлялось, пока сильный удар в челюсть не подавил волю. Прежде чем потерять сознание, я успела ощутить болезненный укол в голубую отчаянно бьющуюся вену.

Глава 4

Первое, что я ощутила, придя в сознание, было уже знакомое чувство липкого страха. В воздухе висел запах чужого немытого тела, смешанного с мужским одеколоном.

Чувство врожденного самосохранения подсказывало не идти на поводу острого желания открыть глаза и оглядеться, а притаиться и прислушаться к тому, что происходит вокруг. Сильная головная боль вызывала тошноту и мешала сосредоточиться. По вискам, казалось, кто- то бесперебойно стучит отбойным молотком, желая свести меня с ума.

Спустя несколько минут, справившись с первым приливом боли, я почувствовала непривычно неудобное положение тела. Медленно попробовала пошевелить затекшими руками.

Грубая ткань натянулась на тонких кистях, наводя на меня панику. Спокойно. Истерикой я ничего не добьюсь.

Кто- то недалеко кашлянул. Я вздрогнула от неожиданности.

– Ну что, красавица, очухалась? – Противно и страшно скрипнули половицы. Сердце мгновенно ухнуло в пятки. Обладатель тихого голоса приближался. Я слышала его медленные шаги, внутренне сжавшись, решив притворяться до последнего и все еще надеясь выиграть хоть немного времени.