Одержимая

Было безумно стыдно, но нужно быть честной с самой собой – если бы Диана и Макс не вышли из душа они бы занялись сексом прямо на кухне, не заботясь о том, что их могут увидеть. Она никогда не считала себя той, кому свистели вслед парни, и относилась к этому достаточно равнодушно. Да и сам половой акт скорее терпела, чем любила, и порой старалась избегать, оправдываясь головной болью. Поэтому ее реакция на Алекса стала открытием. Оказывается, можно желатьь человека до такой степени, что все остальное в мире становилось неважным.

Ей не хотелось долго прятаться от своих эмоций, и уже через пять минут Марина энергично растиралась пушистым полотенцем и натягивала на тело довольно сексуальную пижаму с очень короткими шортиками. Она не предполагала, что в квартире будет кто-то кроме тети и поэтому взяла первый попавшийся комплект. Темно-рыжие, слегка влажные волосы, спускавшиеся до талии, возможно, и прикрывали грудь, но ноги были неприлично обнажены.

Ри осторожно выскользнула из ванны и на цыпочках прошла на опустевшую кухню.

Последняя партия пирогов уже остывала на больших подносах, остатки посуды были перемыты, а на столе сиротливо стояла чашка чая с ромашкой. Позади нее негромко захлопнулась дверь ванной, и сразу же зашумела вода. Она-то боялась, что он расценит ее наряд как попытку совращения. А на самом деле, Алекс просто ушел готовиться ко сну, и плевать ему на нее, даже если бы она была полностью голой.

Марина подошла к окну, задумчиво глядя на темную улицу и медленно, по глоточку, отпивая ароматный отвар.

Возможно, так даже лучше. Ее гормоны рядом с ним танцевали сальсу, не давая ни одного шанса сосредоточиться. Отношения не должны начинаться с постели, гораздо важнее неспешно встречаться и узнавать друг друга. Держаться от него подальше будет разумно, пусть ее и ломает от одной мысли об этом.

Очнулась от мыслей Ри только тогда, когда чашка, давно остывшего чая, опустела. Ей пора было спать, а о том, что ей делать, можно подумать и завтра. Она развернулась, чтобы идти в гостиную, и замерла на месте.

В дверях, перекрывая все пути отступления стоял Алекс. Со взъерошенных мокрых волос стекала воды. Капли скользили по мускулистой груди, очерченным кубикам пресса и впитывались в пояс джинс, низко сидящих на бедрах. Во рту неожиданно пересохло. Осталось только дикое желание провести языком по гладкой золотистой коже и слизнуть каждую капельку. Она подозревала, что он хорошо сложен, но и подумать не могла, что под одеждой скрывается тело модели.