Хроники Эриона. Роза для короля

Однако, эльфы Литрилиена немного левитируют.

– А Литрилиен, он далеко?

– На севере, на другой стороне реки Параэль, за её притоком Лиссириль, далеко за Пепельными Горами. Дней десять пути.

– Но ведь иногда они прилетают в гости?

Элион улыбнулся.

– Прилетают в гости?

– Ну, ведь они летают?

Король рассмеялся.

– Нет же, глупышка, – ответил он. – Левитировать – ещё не значит летать. Эли! Осторожно! Да что же ты…

Элион не успел опомниться, как Элеонора сорвалась с кормы корабля и плюхнулась в воду.

Недолго думая, король прыгнул за ней. Холодная вода обожгла его кожу, но он не придал этому значения. Ухватив барахтавшуюся в воде и перепуганную девочку, он закричал оставшимся на палубе эльфам, чтобы они кинули им веревку. Вернувшись на корабль, король с неодобрением посмотрел на Элеонору.

– Я же просил тебя, быть осторожней, – недовольно фыркнул он, укутывая её в принесённое одним из его слуг одеяло.

– Прости меня, – смущённо проговорила та. – Я не чувствую пальцев.

Элион взял маленькие ручки Элеоноры в свои и принялся растирать их. Он старался согреть девочку теплом своего дыхания, в то время как сам дрожал от холода речной воды.

– Ты же сказал, что не умеешь плавать, – пробормотала Эли сквозь стучавшие от холода зубы.

– И ты, конечно же, решила в этом убедиться, – покачал головой король. – Если ты не будешь меня слушаться, придётся вернуться домой. Я думал, что ты уже достаточно взрослая, чтобы путешествовать со мной. Но, кажется, я ошибался.

– Нет-нет, – быстро проговорила девочка, глядя своими большими зелёными глазами на эльфа. – Я уже взрослая. Я случайно упала. Элион, я больше не буду, честно!

Король обнял укутанную в одеяло воспитанницу и улыбнулся. Эли не видела, каким довольным он выглядел. Но Элион больше не чувствовал холода. Прижимая к себе свою розу, он был просто счастлив от того, что эта малышка приносит ему столько радости. Их уроки у озера, их прогулки, их вечера в дворцовой библиотеке за чтением книг, их поездки в лес на лошади – Элион наслаждался каждой минутой, проведённой рядом с Эли.

Элеонора была ласковой и искренней, а её наивность и доверчивость порой вызывали непроизвольную улыбку на губах короля. Казалось, она безоговорочно доверяла ему во всём. Она смотрела на него с таким обожанием, с такой чистой, беззаветной и безмерной любовью. Потому Элион не мог не думать о том, что люди, должно быть, вовсе и не так плохи, как эльфы привыкли думать.