Источник нечистой силы

Но выяснить это он не мог, а может быть и не хотел!

Самым страшным было осознание того, что у него нет никаких документов. Он не знал, к кому обратиться за помощью. Родители его умерли, правда в Москве были дальние родственники – двоюродные дядьки и тетка, но с ними он практически не общался. Они были простыми людьми, без связей, и вряд ли смогли бы ему помочь.

Под вечер он зашел в открытый подвал пятиэтажной «хрущевки». Там жильцы этого дома в своих сарайчиках хранили запасы на зиму и всякий хлам. Анатолий услышал в одном крыле подвала голоса и пошел в другое, чтобы его не заметили.

Он думал, что погреется и выйдет, но не успел, его там закрыли.

Заточение в подвале длилось, по его подсчетам, три дня. Столько времени сюда никто не входил. Первые сутки Анатолий был даже рад этому. Рядом с трубами было тепло, есть не хотелось, просто было не до еды и думать никто не мешал. Правда, там были мыши, но Анатолий не обращал на них внимания.

Вторые сутки без общения и еды стали превращаться в настоящую пытку.

Он стал разговаривать вслух сам с собой и с мышами. Проснулся зверский аппетит, и Анатолий стал шмонать по сараям. Надо сказать, что москвичи – народ не очень запасливый. Тем не менее, взломав несколько примитивных замков, он напал на сарайчик, хозяева которого заготовили впрок варенья, соленья и насушили яблок. Гораздо сложнее было с куревом. Свои сигареты быстро кончились, в подвале же ему удалось найти лишь несколько «бычков» и одну раздавленную папиросу.

Ковыга много думал о том, почему с ним такое произошло.

Но кроме прикарманенных членских взносов, другой причины, объясняющей случившееся, он не находил.

На третий день в сарай пожаловал какой-то старичок с пустыми стеклянными банками, и Анатолий смог выйти наружу. Там было холодно и скользко. Полностью раздавленный морально, он отправился к своему знакомому юристу. Опустив отдельные обстоятельства своих мытарств, он чистосердечно рассказал Тимофею Архиповичу о своих злоключениях.

Сначала тот решил, что восстановить документы будет не так сложно.

Тимофей Архипович приютил на время Анатолия у себя дома. Вскоре квартирант понял, что его дело безнадежно и ушел в никуда по-английски, не прощаясь.

Что-то перевернулось в душе Анатолия. Он видел людей, ставших бомжами как и он, их было немало. Ковыга стал учиться жить как они: каждый вечер искать себе новый ночлег, каждое утро начинать с поиска еды. Он приучил себя есть несвежие продукты, отходы из мусорных баков.