Хроники особого отдела

Я стала их соблазнять бархатным сезоном на море, тем более, что я там никогда не была, но Боб считал, что это малодушие, и надо изучать природу Родного края. Я не соглашалась, напирая на то, что осенью на турбазах мерзко. Потом у меня на работе случился «завал» и только после десятого января мы неожиданно все вместе получили отпуск.

Узнав об этом, я печально побрела домой и теперь смотрела в окно и переживала, не представляя, как можно в такое время отдыхать. Раздался звонок и замёрзшие и мокрые ко мне ввалились Гусёна и Боб.

Они имели довольно неприглядный вид – у Боба сильно текло из носа, а Гусёна сипела. Посмотрев на нас, я покачала головой.

– Жалкое зрелище! – и всем выдала по бокалу крепкого чая с шалфеем и мёдом, чтобы их утешить.

Гусёна сердито просипела.

– Надо отсюда сваливать и начать закаляться.

Мы с Бобом тревожно переглянулись, это было в духе Гусёны, привыкшей по жизни зажигать идеи и потом, мило мурлыча, отказываться от всякой ответственности за их реализацию.

– Куда? На пампасы у нас денег не хватит, – осторожно заметил Боб.

– Ерунда! Надо ехать на Север, – увидев наши лица, Гусёна сипло захихикала. – Придурки, под Сызранью есть дивный профилакторий «Лесная сказка». В прошлом году там отдыхала наш невропатолог. Там сосновый бор и снег. Будем кататься на лыжах.

– Я терпеть не могу лыжи, – попыталась остудить её пыл я.

– Будешь ходить по терренкурам.

– Это что? – заинтересовался Боб.

– Специально протоптанные дорожки в снегу, – пояснила я, для тренировок страдающих недугами.

– Всё, Кай! Собирайся! – приказала Гусёна.

– Это почему же я?

– Поедем все вместе, но говорить будешь ты, потому что у Боба сопли, а я сиплю. Купим путёвки.

– А они дорогие?

– В этом-то и прикол, почти задаром. Двадцать дней и сорок тысяч. Учтите, там кормят от пуза, есть массаж, тренажёрный зад, лечебные ванные и солярий.

Подгоняемые неистовой Гусёной, мы немедленно отправились на Московское шоссе, в фирму, которая продавала эти путёвки. Видимо кто-то наверху пошептал за нас, потому что, когда прибыло такси, дождь со снегом прекратился.

Мы ввалились в старое здание сталинских времён, дотопали по тёмному коридору до жёлтого прямоугольника гостеприимно распахнутой двери.

Шесть столов с компами и озабоченными менеджерами, пара посетителей кроме нас. Мы не обратили на них внимания, потому что старший менеджер дама лет сорока, которой мы обратились, билась в истерике. Отвалился Интернет и никак не проходила оплата.