В поисках

Хотя уже и не чувствовал раздражения от Любиного присутствия, да и она перестала быть навязывающейся. Словом, момента для извинений лучше и не найти.

– Простите мне мою грубость. Знаю, я должен был сказать это еще три недели назад…

– Я не злюсь и не обижаюсь на вас, батюшка, – ответила Люба.

– Нельзя было сравнивать вас с демоном, это недопустимо, – отчитывал сам себя отец Борис.

– Теперь и мне неловко, что вы извиняетесь. Будто я нарочно выпрашиваю, – значительно тише проговорила Люба.

– Но я действительно был неправ, – он осмелился посмотреть ей в глаза.

И понял, что сильно заблуждался, напрасно считая ее блудницей.

– Я пришла помочь настоятельнице… – пролепетала Любовь. – Увидела вас и забылась.

– Вы пропустили, – он взял у нее из рук секатор, подцепляя веточку, и вдруг осознал, что только что коснулся кожи девушки.

– Я пойду… – Люба оставила его.

Отец Борис вконец смешался. Что-то происходило с ним в этом месяце, что-то совсем незнакомое.

Храм всегда был его защитой, всем его миром, которого хватало.

Отец Борис не нуждался ни в друзьях, ни в любимой, ни в другом доме – у него был Господь. И вот внезапно этого стало мало. Та служба, на которой священник посмотрел на прихожан другими глазами, породила в нем червь сомнения. Чувство недостатка и пустоты, одиночества. Григорий частично помогал ему заполнить эту образовавшуюся дыру. Но никакие добрые дела, которые он выполнял все с растущим усердием, уже не приносили отцу Борису тихой радости бытия и спокойствия, как должно и как было раньше. День за днем пустота расширялась.

Сейчас ему отчего-то стало особенно тяжело оставаться на месте. Отец Борис отправился поискать Григория, который как раз должен был вернуться с работы. Однако далеко от церкви и не ушел, как натолкнулся на Тимура – одиннадцатилетнего мальчишку.

Отец Борис машинально коснулся его синяка.

– Подрался?

– Я не хотел, – шмыгнул носом Тимур, понуро опустив голову.

– Защищался?

– Защищал свою честь.

– Ты храбр и честен, открыт.

Добрый малый, но тебе надо сделать усилие, чтобы сохранить это. Учиться защищаться не только кулаками, но и словом.

– Я не умею иначе.

– Приходи на занятия в воскресенье, не пропускай, Тимур. А после них на чай со мной. Договорились? Наши ребята никого не задирают.

– Ладно, батюшка, приду.

Глядя на шалопая Тимурку, отец Борис вспомнил о Славе, заскучал по нему. Но разыскивать не стал – парень до того вездесущий, что сам объявится.