Мне только спросить. Как болеть и лечиться правильно

Все детство я провел в церкви – помогал на службе, пономарил. Но до какого-то времени я о своей семье не говорил вообще, потому что местные мальчишки, увидев отца на улице, кричали: «Поп, посмотрите, поп идет!»

Дети жестоки, могут задразнить. А я от обиды готов был легко ввязаться в драку, но отец мне говорил, что кулаки – это не аргумент в защите своего достоинства.

Моя мама, Ирина Алексеевна, искусно наполнила наш дом людьми и детьми. Нас всего десять детей, причем родители постарались ювелирно – пять мальчиков и пять девочек.

Соседи смеялись, что наша семья легко может собрать полную команду по футболу либо две хоккейные пятерки.

Что касается уважения к старшим, с этим в нашей семье очень строго. Многодетная семья построена как армия: папа у нас верховный главнокомандующий, а мама – его первый заместитель. Вдвоем они нами успешно руководили, а папа говорил, что у мамы на руках десять пальцев и каждый указательный. Если старший о чем-то просит, то младший, даже если пробубнит под нос «а че сразу я», но все сделает.

К примеру, мама говорит: «Олег, помой посуду». Я подхожу к сестре и прошу: «Аня, помой посуду». Аня передает просьбу дальше: «Соня, помой посуду». В итоге трехлетний Сереженька моет посуду, пуская носом пузыри. Мы отчитываемся: «Товарищ генерал Мама, ваше указание исполнено – посуда помыта». Главное ведь результат, не так ли?

Отец для меня всегда был и остается примером настоящего мужества.

Однажды отец дал мне очень ценный совет, которому я следую всю свою жизнь: «Самое важное – это сохранить человеческое достоинство и не оскотиниться.

Всегда надо оставаться человеком и жить честно».

Для мамы самое главное – семья и дети. Когда дедушка умер, мама сказала на его могиле: «Что бы ни происходило в жизни, никогда нельзя отказываться от общения со своей семьей». Я это запомнил навсегда.

Врач как призвание в 16 лет – это не про меня

Поступать в медицинский институт мне посоветовала бабушка, она для меня была очень значимым человеком, и с ее мнением я всегда считался.

Мне тогда было 16 лет, мы с друзьями любили посидеть в «Макдаке», поржать, записывали тупые видосики. Я думал о том, как бы мне познакомиться с девчонками, и не понимал, почему они меня отшивают, ведь я, как-никак, чемпион по шахматам в отдельно взятой деревне Воронежской области. Собственно, ни о каком призвании в свои 16 лет я не думал. Но нужно было определяться с институтом.