Ягуар. Книга первая. Ягуар и маг-невидимка

Алик имел представление о глубинной темной страсти этого ведьмака и ужаснулся: ему не доводилось быть поставщиком для Рената, и совершенно не хотелось начинать.

– Прикипел к зверенышу? – сощурился Декурд.

– Нет, как можно, – открестился Лихач.

– Нервный ты какой-то… Найди уже себе женщину, – совершенно раскованно, по-дружески посоветовал темный маг.

– Разумеется, – от такой заботы изморозь прошлась по телу Алика.

– А нувориш… Не хотелось бы отправлять одного Курта на серьезную операцию, – скривил губы он.

Делился уже с большим доверием. – Поддержка оборотней очень кстати, но будет достаточно и одного здравого перевертыша. И под лунный цикл не придется подстраиваться, сколько еще других проволочек. Так что Сухарев просто обязан быть хищником.

– Согласен.

– И прекрасно. Давай к щенку, пока он не сглупил и не подался в бега. А после разговора со мной, будь уверен, малыш никуда не денется.

Декурд отвернулся, и Лихачев воспринял это как сигнал уходить.

За дверью он выдохнул с таким облегчением, будто пробежал километров двадцать.

Еще не марафон, но уже приличная дистанция.

***

Лихач не помнил, что наплел тогда Максу и какие привел доводы. В глазах у Сухарева плескались негодование и протест. Но Алик уговорил его задержаться, а дальше Декурд не преувеличивал: после беседы с ним у Максима не возникало желания уйти. Им вплотную занялся Ренат, а в тренировках с Крестовой дамой у Макса проявилась долгожданная форма – повадки ягуара.

Алик с ним практически не пересекался.

Он съездил еще на пару вербовочных заданий, потом увлекся играми с Амелией. Гнал от себя мысли о предстоящей битве, где по ту сторону будут его друзья. Он сам и любимая не участвовали, и это позволяло Лихачу забыться.

План Декурда был предельно прост. Однако, чем ближе к назначенной дате, тем больше он начал рассыпаться. В результате Алика послали в битву в последний момент, он не успел предупредить Звездочета, и был вынужден выступить против тех, кого считал своими.

2

Август.

Голова Алика гудела, словно он вчера надрался вдрызг. Веки не слушались и не поддавались. Позвоночник вообще ныл нещадно. Кажется, была травма и ноги, так как согнуть ее не удалось.

Опасение за свою жизнь все же заставило его открыть глаза. Солнце тут же ослепило Алика, и он прикрыл лицо ладонью. Прищурившись, Лихач сфокусировал взгляд и рассмотрел перед собой троих подростков. Один, высокий, здоровый парень, плечистый и с пробивающейся щетиной.