Вихри враждебные

– Это, конечно, меняет все дело, ваше императорское величество, – кивнул Столыпин, – с собственными удобрениями, да правильной агрономией мы просто засыплем Европу своим зерном.

– Кого и чем мы будем засыпать, надо решать потом, – веско сказал император. – Что же касается зерна, то вам будет еще одно последнее и тоже немаловажное поручение. И заключается оно в создании Государственного Продовольственного резерва при вашем министерстве – на случай разного рода неурожаев, стихийных бедствий или войны. Для чего в хлебородных районах Империи должна быть организована система элеваторов-зернохранилищ, что является делом первейшей важности еще и потому, что в самое ближайшее время выйдет указ о взимании с крестьянства всех налогов и податей исключительно в натуральной форме.

Также в натуральной форме будет взиматься плата за пользование крестьянами лошадьми и инвентарем на государственных машинных и конно-прокатных пунктах. Так что без зерна ваш госрезерв не останется. А если кто из чиновников вдруг вздумает половить рыбку в мутной воде, так на то есть ГУГБ и тайный советник Александр Васильевич Тамбовцев. Прием постояльцев в Новой Голландии – в любое время дня и ночи. На сем я заканчиваю сегодняшнее совещание. Надеюсь, вы все поняли?

– Да, ваше императорское величество, – кивнул Столыпин, – все понятно.

– Тогда прошу вас приступить к работе, – сказал император. – С господином Тимирязевым мы еще раз встретимся дней через десять для обсуждения вопросов по организации его института. До свиданья, господа.

7 июня (25 мая) 1904 года. Санкт-Петербург. Улица Пушкинская дом 20. Мебелированный дом «Пале-Рояль»

Управляющий Московским учетным банком Гучков Александр Иванович

После начала войны с Японией я поспешил выехать на театр военных действий в качестве представителя Московской городской думы и Комитета великой княгини Елизаветы Федоровны, а также помощника главного уполномоченного общества Красного Креста при Маньчжурской армии. Но так получилось, что все мои приключения в Манчжурии закончились, так и не начавшись.

Пока я собирался, пока ехал на другой конец света, военные действия уже успели завершиться. Япония была разгромлена, Россия торжествовала, а потирающие руки дипломаты готовились приступить к дележу имущества побежденных.

А дело было так… Выскочившая неизвестно откуда, как чертик из табакерки, эскадра адмирала Ларионова, о котором я ранее никогда и не слыхивал, буквально за одну-две недели разгромила японский флот.