Спасти нельзя развестись

Штук пятнадцать, когда весь этот кошмар кончится!

За кофе со своей ассистенткой я смогла прийти в норму. Рассказала Насте историю изнутри, само собой умолчав о беременности, выслушала ее мнение со стороны, узнала что именно пишут в прессе.

Ситуация была критичной, но в целом вполне терпимой. При правильном подходе удастся отбелить репутацию холдинга.

Свекру придется труднее, но его честное имя защищать я не намерена. После всего, что он сделал Галине Яковлевне, я бы была готова даже заплатить, чтобы его еще кто-нибудь прилюдно смешал с грязью.

– Ольга Владимировна, это не моё дело, но…

– Не спрашивай о Корневе, Насть, – я с мольбой посмотрела на девушку, и та все поняла. – Ты сама поймешь, и я потом расскажу. Но немного позже.

– Хорошо. Как скажете. Главное, чтобы Вы были счастливы. Журналисты будут через несколько минут.

– Приглашай их сразу ко мне, – я выбросила картонные стаканчики, встала из-за стола и потянула уставшие мышцы. – Если будет звонить Борис, дай знать сразу, это важно.

Настя согласно кивнула и удалилась в приемную.

По привычке я встала перед зеркальным шкафом в полный рост. Заправила волосы за уши жестом, который уже стал вредной привычкой, разгладила несуществующие складки на ткани и повернулась своей рабочей стороной к зеркалу.

Не знаю правда ли, что женщины расцветают при беременности.

Я не видела заметных изменений в своей внешности. Живот еще не увеличивался в размерах, кожа не потеряла привычного блеска, волосы были все такие же густые и ухоженные.

Казалось, ничего не отличало меня от прежней Оли. Разве что…

Я смотрела на себя как и прежде, но в глазах не загорался огонь. Хотелось ощущать восхищение, восторгаться собой, своим состоянием. Но мне это не удавалось…

Я имитировала улыбку, имитировала притворное счастье, убеждая всех вокруг, что очень счастлива. Но убедить себя не удавалось.

Я могла изобразить фальшивую улыбку, но фальшивый огонь в глазах зажечь было невозможно.

От этих мыслей я невольно обернулась в полоборота и позволила себе взглянуть на офисное здание через дорогу.

Окна кабинета Кирилла выходили на другую сторону, но я все равно стыдливо отводила взгляд всякий раз, когда, как мне казалось, он мог заметить, что я наблюдаю за ним.

– Какая ерунда, – сказала сама себе, опуская жалюзи на окна.

Отбросив мысли, я опустилась в свое офисное кресло в надежде на скорое появление журналистов.