Таинственное происшествие в Лувре

Секретарь поднял голову и внимательно посмотрел на рыцаря:

– Ты в своем уме, де Фонтен? Даже если кто-то и захочет ограбить нас, это просто невозможно. Казначейская отлично охраняется, и караул никогда не покидает своих постов.

– Я знаю, – замялся рыцарь, – но все-таки в течение этих дней я прошу вас более тщательно охранять казну. Возможно, готовится нападение. И противник достаточно силён, чтобы оказать достойное сопротивление нашим рыцарям.

– Ты знаешь, кто это? – спросил де Шевоазен.

– Я не уверен точно – Жерар опустил глаза на свои сапоги – возможно, это будет женщина.

Секретарь разразился хохотом.

– И ты хочешь меня уверить, что какая-то женщина в одиночку способна пробраться в замок и проникнуть в казначейскую??? у тебя богатая фантазия, а теперь иди и не мешай мне работать.

– Но мсье…

– Я сказал, иди.

Де Фонтен, раздосадованный, вышел из кабинета секретаря Этот осел не поверил ни одному его слову. Он бы сам остался и встретился с ней лицом к лицу, но игнорировать собрание было нельзя.

И уйти раньше тоже не получится. Остается надеяться, что стража поймает её, и тогда у него будет доказательство правдивости его слов. Он прошёл по коридору мимо казначейской, не заметив, что с другой стороны коридора из-за двери за ним следили.

* * *

Ночь наступила незаметно, но для Анжелики время тянулось очень медленно. Она подготовила свой костюм, и прикрыла его свободным платьем и накидкой из шерсти.

Альбер должен заказать экипаж, но почему-то запаздывал. Наконец, дверь в покои приоткрылась, и показалась голова Фаншетты.

– Мадемуазель, мсье Альбер ждет вас внизу.

Анжелика отошла от окна, взяла с кровати большой мешок, как будто набитый вещами. На самом деле, там лежал рюкзак с её инструментами, а также несколько листков с заклинаниями, которые могут ей пригодиться. Сев в карету, девушка посмотрела на алхимика. Он был одет в теплую накидку из медвежьего меха, из-под нее торчали мягкие сапоги и длинная рубаха черного цвета.

– Вы что, собрались на похороны? – улыбнулась Анжелика, – одеты во все тёмное.

Альбер захохотал.

– В чувстве юмора тебе не откажешь. Это было бы самое простое объяснение, однако, я буду ждать тебя, поэтому мне нужно выглядеть так, чтобы никто меня не заметил.

Карета катила по тёмным улочкам Парижа, и вскоре они оказались за пределами города. Совсем стемнело.