Пыльные строки

Люди бегали по палубе, которая уже значительно накренилась на правый борт. Теплоход тонул. Жуткая давка. Все пытались спастись. Себя, своё имущество. Кто-то тащил целый чемодан. Как будто он мог пригодиться ему на том свете. Нос теплохода медленно начал захлёбывать воду.

– Ми-и-шка! Мишка! – Кричу уже я. Где же он? Вон! Бегу к нему.

– Колька! Я тебя потерял. Видишь спасательную шлюпку. Айда!

Снова вспышка. Воспоминания настолько яркие, что ослепляют своей детальностью. Я снова проживаю каждую секунду…

Трудная ночь.

Нас мотало по волнам. Утонуло весло. В какой-то момент нас чуть не перевернуло большой волной. Криков уже не было слышно. Как долго мы так плавали?

Вспышка.

– Колька! Колька-а! Да очнись ты уже! – Мишка пытался растолкать меня. Голова болела или из-за пьянки, или из-за случившегося.

Я еле открыл глаза.

– Мы выжили. Земля! Ты понимаешь? – Мишка радовался, как ребёнок, подпрыгивая на золотом песке. Он то истерично смеялся, то падал на колени и целовал землю.

Он считал, что мы спаслись. И я тоже так считал…

Мы почти целый день бродили по треклятому острову. Ничего. Ни еды, ни воды, пригодной для питья.

– Миш? Откуда мы начали…?

– А хрен его знает, вроде отсюда, – со злостью выпалил Мишка.

Я молча указал на следы, ведущие вглубь острова. Чьи-то босые отпечатки ног и следы от волочения нашей лодки.

– Он обитаем? – на лице у моего друга читалось не то удивление, не то радость.

– Как видишь.

Шли мы не долго. Следы привели нас в небольшое поселение. Не высокие домики, сделанные из веток и палок. Располагались они аккуратным кругом. Посередине был выложен костер, для приготовления пищи. Темнокожие женщины в юбках из листьев пальм и голым торсом, занимались своими делами, не обращая внимания на пришельцев. Дети, весело чирикающие на своём языке и беззаботно играющие, перекидывали что-то наподобие мячика. Что-то белое. Я не смог разглядеть.

Голова кругом от всех этих воспоминаний.

Стоп! Хватит, не надо больше – моё подсознание истерично кричало, пытаясь остановить этот поток.

Снова вспышка. Вспоминаю всё. В деталях. В подробностях, заново переживая каждую секунду того треклятого дня.

К нам подошёл один из мужчин этого поселения – старейшина, как мы с другом окрестили его про себя. Он добродушно улыбался, что-то говоря девушкам на своём языке. Все смеялись и улыбались. Но мне не нравились их улыбки.