Скандал в академии магии. Интервью с ректором

Но не переживайте, я ее запомню в мельчайших подробностях, – с улыбкой покачала я головой, возвращая на стол записку с письменными извинениями.

Ее тут же засосало магической трясиной, но в этот раз настолько медленно, что я успела перехватить формулу. Перехватить и запомнить. Видимо, Неррс почувствовал мое любопытство и не стал препятствовать получению знаний.

– Сколько у вас сейчас баллов, студентка Браунс? Только прошу, без перечислений. Ограничьтесь финальным «итого».

– Пять, – мгновенно ответила я.

– И откуда же взялись еще десять? – поинтересовался ректор.

Кажется, не только у меня хорошая память и знание арифметики – потому что я была готова поклясться, личного дела, где отражаются все отнятые и начисленные баллы, у него на коленках не лежало – ректор смотрел мне прямо в глаза.

– У меня хорошее произношение на фракском языке, – невинно ответила я.

– Миссис Фаулиис еще мне в свое время преподавала, – усмехнулся Неррс. – Мне многого стоило вновь заманить ее на должность.

Впрочем, вам еще предстоит оценить преподавательский состав. Это то, чем гордится ВАК. И раз я теперь являюсь деканом вашего факультета, перейдем к организационным вопросам. Вы уже выбрали себе факультатив? Творческую деятельность?

Я вопросительно приподняла брови. Как я могла выбрать, если даже не знала, что это необходимо. И вообще, потомственный артефактор на должности декана факультета искусств – это, конечно, презабавно.

– В чем вы хороши, мисс Браунс?

Я опешила от данного вопроса.

Что он имеет в виду? И почему взгляд такой хитрый? Я с трудом сохранила самообладание и дождалась следующего:

– Пианино? Танцы? Пение? Изобразительные искусства? Может быть, скульптура?

– Как я говорила ранее, искусства меня пока мало интересуют, – сдержанно ответила я, проигнорировав насмешку. Он наверняка читал мое личное дело и прекрасно знал ответ.

– Примерно этого я и ожидал. – Делано важно кивнул ректор. – В таком случае у меня для вас будет творческое задание.

И что-то мне не понравилось в его последней фразе.

Я прям каждой клеточкой кожи ощутила, что грядет какая-то подстава. И оказалась права.

– Вам предстоит возродить академическую газету и заново собрать редколлегию. Выход газеты должен быть еженедельным.

Всего-то? Ха. Раз плюнуть.

Сарказм сочился даже в мыслях, но я до конца сдерживалась. После поступка, который совершил Неррс, признав свою неправоту, не хотелось продолжать в том же тоне, в котором мы начали.