Позднорожденные. Том 4

– Доброе утро, Реджан, – сказал он своим привычным невозмутимым и доброжелательным тоном.

Реджан поставил кофе напротив своего стула, бросил папки на стол и подошел пожать наставнику руку.

– Извини, не знал, что ты будешь.

– Ну… – по-старчески безмятежно вздохнул Стен. – Раз уж я основал этот совет, то думаю в нем всегда найдется для меня стул, не так ли?

– Конечно, – улыбнулся Реджан, а сам подумал, что Суреш будет не в восторге от присутствия старого главы совета. Их лидер не терпел поползновений в сторону собственных полномочий.

– Да, она сегодня тоже поприсутствует. Думаю ей пора работать. Она готова.

– Тебе виднее, – пожал плечами Реджан и тут же досадливо подумал, что распечатал только шесть папок, не рассчитывая на седьмого консула и старика Стена.

– Как идут дела? – спросил Стен вежливо. Реджан раздраженный и нервный оттого, что ему сегодня и так придется расписываться в собственном провале, не хотел делать это дважды.

– Расскажу как все придут, – отрезал он, сел за стол и стал листать папку, попивая кофе.

Через пару минут открылась дверь и вошла новая ученица Стена Мередит. Реджан смерил ее взглядом, отмечая, что с двенадцати, когда он видел ее единственный раз, она сильно изменилась. Светловолосая и бледнокожая, худая, высокая, она мало походила на Долмахов, темноволосых и смуглых. Кровь в семье за триста лет с кем только не перемешалась.

– Доброе утро, консул, – она кивнула Реджану.

– Доброе утро.

«Хоть кто-то тут еще вежлив» – подумал он зло, вспоминая занозу Литу.

Мередит принесла старику чай в тонкой фарфоровой чашечке на блюдце.

– Вот, только осторожнее, горячо, – заботливо вложила она в дряблые руки Стена чашку.

– Спасибо, Мередит. Ты очень добра.

Стен сидел у стены, не за столом, что показывало, что он не в совете. Мередит скованно потопталась около стульев.

– Эм… где тут свободно, Реджан?

Стульев было десять.

Реджан жестом указал ей на тот, что обычно оставался пустым.

– Спасибо.

Мередит отодвинула пафосный офисный стул, обтянутый дорогой белой кожей, и села. Придвинулась к столу, скованно положила на него руки.

– Ух, какие странные ощущения.

Реджан изобразил улыбку. Он боялся, что сам сел за этот стол в последний раз и видеть, как юная Мередит садится за него впервые, ему было противно. Он тоже когда-то был таким. Первый раз сел за этот стол, радовался, горел, думал, что будет приносить пользу, спасать жизни.