Деревня мертвых

Живем и живем…

Ира, быстро переодевшись в комнате и кинув шорты с футболкой на стул в углу, вышла на кухню в платье и села напротив Вани, наблюдая, как бабушка разливает по глубоким тарелкам горячий, наваристый суп с вермишелью. Кухню наполнил аромат еды, но Ира чувствовала, что от волнения не сможет съесть ни ложки.

– Внученька, расскажи хоть что-нибудь о себе.

Ира подняла голову и, отвлекаясь от своих тяжелых дум, заговорила о своей жизни, о маме, о том, как непросто им жилось вдвоем.

– Отец твой был непростым человеком, глупостей за свою короткую жизнь натворил много… – бабушка вытерла ладонью слезы, оставляющие мокрые дорожки на ее щеках.

Ира почувствовала, что вот-вот тоже расплачется и изо всех сил закусила нижнюю губу, чтобы она не дрожала.

– Но я все равно рада, что хотя бы сейчас познакомилась с тобой, – бабушка улыбнулась, помолчала немного, пристально рассматривая лицо Иры, – вам понравится в Мортве.

У Иры от последней фразы екнуло сердце, а Ваня, казалось, ничего не замечал – уплетал суп за обе щеки, громко стуча алюминиевой ложкой о края тарелки.

– Мы уже завтра отправимся домой. Долго гостить нет возможности, в городе ждут дела, – сказала Ира.

Бабушка Тома изменилась в лице. Она хоть и старалась не подать виду, что ее расстроили слова внучки, но во взгляде ее мелькнуло что-то недоброе. Или Ире опять это просто показалось?

– Погода прекрасная, место спокойное, люди добропорядочные. Речка, свежий воздух, овощи со своего огорода… Хоть немного пожили бы.

Бабушка подошла к Ване и похлопала его по плечу, потрепала по волосам.

– Хочешь я тебе добавки положу, Ванюша? – ласково заворковала старушка.

– Не откажусь! – парень протянул пустую тарелку бабушке Томе, а потом подмигнул Ире, – такой курорт, Ир, как не пожить! Конечно, поживем!

Ира отодвинула от себя тарелку с остывшим супом, встала из-за стола, навалилась спиной на стену.

– Скажи, бабушка, что за шрамы на шее у женщины, которая приходила сюда за солью? – спросила Ира, и голос ее прозвучал резче, чем она планировала.

– Так из петли ее вынули. Не так давно… А шрамы-то остались.

– Почему же она повеситься решила? – Ира округлила глаза от удивления.

– Муж от нее ушел. Уехал в город, якобы на заработки, да там и остался, письмо ей отправил через полгода, что не вернется, что семью себе новую завел, – бабушка тяжело вздохнула, – вот Анфиска, бедняжка такая, и решила счеты с жизнью свести.