Деревня мертвых

Ира толкнула Ваню в бок и громко спросила:

– Девочка, есть в твоем доме кто-нибудь взрослый? – Ира заметила, как вздрогнуло и напряглось щупленькое тельце ребенка от звука ее голоса, – не бойся нас, малышка, мы приезжие, не можем найти Цветочную улицу…

Девочка ничего не ответила. Вытянув перед собой обе руки, она начала медленно продвигаться в сторону Иры и Вани.

– Ненормальная она что ли? Идет, как зомбак, – тихо сказал Ваня.

Ира внимательно смотрела на маленькую фигурку, приближающуюся к ним.

Когда девочка вышла на солнце, она увидела, что зрачки ее были абсолютно белыми.

– Она слепая, Вань. Просто слепая… – ответила Ира и укоризненно взглянула на парня.

Девочка подошла ближе и, когда ее вытянутые руки коснулись деревянного забора, остановилась. Кожа ее была бледная, по носу и щекам рассыпались веснушки, всклокоченные волосы давно нуждались в расческе, а грязное платье уже вряд ли получилось бы отстирать от пятен травы и земли.

"Видимо, не особо тут следят за детьми," – подумала Ира.

– Вы к Марье пришли? – вдруг спросила девочка тонким голоском, и слепой взгляд ее устремился куда-то вдаль.

Ире вдруг стало жутковато от вида этого неухоженного, грязного ребенка. Мурашки пробежали по ее спине. Взяв себя в руки, она улыбнулась и ответила максимально радостным тоном:

– Нет, я внучка Тамары Петровой, мы ищем ее дом. Хочу посмотреть, где она жила, перебрать вещи.

Может, фотографии найду…

– Да? – тихо и растерянно спросила девочка.

Ира с Ваней переглянулись.

– Да, – ответила Ира и пожала плечами.

Девочка подняла голову и уставилась на Иру пустым взглядом. А потом рот ее странно и искривился, и она закричала пронзительно и громко:

– Марья! Марья! Мааарья-ааа!

Ире хотелось заткнуть уши, а девочка все кричала и кричала. Дверь ветхого домика распахнулась, и оттуда выбежала старушка в белом платочке: худая и очень бледная.

Беспокойно оглянувшись по сторонам, она быстро засеменила по траве к девочке. Добежав до девочки, она схватила ее за плечи и легонько встряхнула. Девочка перестала кричать и ослабла в руках старушки. Голова ее безвольно опустилась на грудь.

– Ой, Зоюшка, сколько раз тебе повторять, не кричи так громко, всех кур у соседей, наверняка, опять распугала.