Русалочья обитель

В лесу ей было спокойно и радостно, словно какая-то неземная благодать снисходила на нее, когда она бродила между стройными вековыми соснами и корявыми елями. В лесной чаще, где царили сумрак и прохлада, Таня снимала сапоги и босиком шла по мягкому мху. Ноги приятно тонули в нем, словно в дорогом ковре.

Иногда она ложилась на землю и смотрела сквозь вершины деревьев и на осколки серого неба. В эти минуты ей казалось, что не было в ее жизни никакого города с его пагубными соблазнами и нехорошими людьми. Ничего не было.

Было и есть только то, что ее окружает сейчас – природа, лес, воздух, спокойствие и благодать.

– Радуюсь я за тебя. Вроде бы ты уже не такая печальная, доченька. А то приехала с такой тоской в глазах, что казалось, ее и словами-то невозможно выразить, – как-то в лесу сказала ей мама, – несчастлива ты что ли в городе, Танюша? Грызет тебя что-то? Поделись, расскажи, глядишь и легче на душе станет.

– Ну что ты, мамочка, у меня в жизни все прекрасно складывается. Друзей много, работа хорошая.

Ты за меня не переживай. А то, что грустная приехала – так это я, наверное, с дороги устала. Попробуй доберись до наших Озерков. Поезд и два автобуса – не дорога, а сплошное приключение… – врала Таня, а в глубине души ей очень хотелось сесть рядом с мамой, нареветься от того, что жизнь ее проходит так бесцельно, рассказать ей о себе все то постыдное, неправильное, что она тщательно скрывает.

Но она понимала, что никогда этого не сделает. Ей очень хотелось быть счастливой и успешной хотя бы в маминых глазах…

Таня отошла от мамы, притворяясь, что ищет грибы, а сама украдкой вытерла слезы и, чтобы успокоиться, втянула в себя влажный, пахнущий хвоей и мхом, лесной воздух.

Оглянувшись в поисках корзинки, которую где-то поставила, Таня вдруг вздрогнула от неожиданности: между деревьями в нескольких шагах от нее неподвижно стоял мужчина в черном. Капюшон его плаща был низко опущен, из-за чего на лицо падали темные тени, делая его по истине пугающим. Собака стояла рядом с ним.

Таня, не ожидав такой встречи, бледная и напуганная, медленно поднялась с земли, не зная, что ей делать – то ли кричать, то ли бежать отсюда без оглядки. Лес сразу наполнился мрачными тенями, подступающими к Тане со всех сторон. А звуки как будто совсем исчезли – ни пения птиц, ни скрипа стволов – ничего не было слышно. Только зловещая, тяжелая тишина и шумное дыхание огромного пса…

Таня почувствовала, что колени ее дрожат под длинным фланелевым платьем.