Метанойя

Я ложусь на кушетку, слушая монотонный голос Фреда и не замечаю, как засыпаю.

Я смотрю на себя в зеркало, темные волосы, большие глаза, разбитая губа и ссадина на щеке. По моим щекам катятся слезы, и соль раздражает ссадину еще больше. Я беру в руки телефон и набираю номер. «Клайд».

– Бонни. – Слышу его голос, который кажется мне таким родным.

– Клайд. – Произношу я, и на моем лице появляется улыбка.

– Что-то случилось? – Спрашивает он.

– Да, он опять меня избил. – Отвечаю я, всхипывая.

– И сказал, что теперь будет избивать и сестру.

– Давай сбежим? У меня есть план. Помнишь я рассказывал тебе?

Я сажусь на кровать и начинаю шептать:

– Тогда он убьет ее. Я не могу ее бросить.

– Но и с собой взять не можешь. Скоро тебе восемнадцать. А ей подберут приемную семью. А потом ты найдешь ее и увезешь. Как мы и мечтали. – Медленно говорит мой собеседник.

В моем животе начинают порхать бабочки.

– Я не оставлю ее с ним.

– Тогда у тебя остался лишь один выход.

Ты готова пойти на это? Ты должна быть готова.

Я вздыхаю. По телу бегут мурашки, но страх смешивается с ненавистью, и я твердо говорю:

– Я готова. Осталось только дождаться моего совершеннолетия.

– Три дня, осталось три дня. Встретимся на нашем месте?

– Завтра. В шесть. – Отвечаю я. – Принеси то, что обещал.

– До завтра, любимая. А потом мы ограбим свадебный салон, как Бонни и Клайд. – Я слышу его смех.

– И ювелирный магазин.

 – Поддерживаю его я.

– Виктория? – Такой знакомый голос звучит далеко, словно я нахожусь на дне колодца. – Виктория, очнись.

Я открываю глаза и осматриваюсь. Воспоминания казались такими реальными.

– Ты улыбалась. Что ты видела? – Спрашивает Фред.

– Ничего особенного, но я вспомнила, что у меня был друг. Я разговаривала по телефону. Его звали Клайд, просто разговор двух влюбленных. – Произношу я, умалчивая про то, что мы планировали совершить убийство.

Совершила ли я его? Или была неудачная попытка, и я не смогла довести дело до конца, а теперь отец преследует меня и угрожает?

Даже не знаю, что хуже.

Быть убийцей или быть запуганной ланью, которая бежит от своего собственного отца?

Почему я не рассказывала мужу о своей сестре? А может? От осознания того, что мой отец мог убить ее…

Мне нужно узнать свою девичью фамилию и порыться в интернете. Чтобы хотя бы знать, что случилось с моей сестрой.