Ветер с востока

Артиллеристы убыли для поддержки отвлекающих операций раньше. За сутки до начала погрузки основной части бригады бойцам в клубе показали нарезку из фильмов про блокаду Ленинграда. Куски леденящей душу хроники из наших архивов и то, что снимали фронтовые операторы в этой реальности. Теперь все уверены, что нас отправляют именно туда – освобождать от блокады колыбель революции. Это и так, и не совсем так. Конечный замысел операции «Молния» предусматривает снятие блокады Ленинграда, но только как составную его часть.

На самом же деле замысел ее гораздо шире и подразумевает нанесение группе армий «Север» такого же тяжелого поражения, как то, что уже понесла группа армий «Юг». У нас есть еще месяц, пока вермахт, истощенный летне-осенним рывком на восток, окончательно не восстановит боеспособность. Мы воспользовались этим фактором во время проведения «Полыни», воспользуемся им и сейчас. Как там учил Суворов: маневр, быстрота и натиск. Ну и огонь, конечно, причем максимальный.

Поскольку скрытность передвижения – наше все, техника вывозится из Кубинки в специальных вагонах-обманках, где вокруг платформы с танком или самоходкой сооружен дощатый макет теплушки.

Для разведки противника мы по-прежнему находимся в Кубинке. Чтобы в ведомстве Канариса ничего не заподозрили, по мере того, как наша бригада оставляет базу, на ее место переводятся выводимые на переформирования и пополнения танковые части Западного фронта. Потрепаны они изрядно, некоторые танковые батальоны существуют лишь на бумаге, поскольку в них не осталось ни одного танка. Здесь они будут ремонтироваться и пополняться. А до тех пор, пока не получат новую технику, в танковом парке будут стоять закрытые брезентом фанерные макеты. Мы же идем на фронт, чтобы побеждать.

Сейчас на разъезде Крюково военные железнодорожники организовали временную станцию разгрузки. Благо, что от морозов земля звенит, как железо, и рельсы со шпалами на нее можно класть без балласта. Все это, конечно, временно. Придет весна, и здешние болота поплывут как кисель.

Но мы не собираемся ждать до весны.

Полночь. Тусклые огоньки светомаскировочных фонарей. Тяжелый паровоз ФД, окрашенный известкой в белый цвет, фыркает, будто не верит, что дотянул свой груз до конечной станции. В первом эшелоне со мной следует штаб бригады и первая рота комендантского батальона. Остальные составы с техникой вытянулись в нитку от самой Кубинки до этого разъезда, расположенного в десятке километров от Старой Руссы.