Птицы на проводе

Как только Мила заглушила мотор, из дверей высунулась высокая и сутулая женщина, больше похожая на старушку. Когда она подошла поближе, я разглядел ее и понял, что это наверняка моя ровесница, просто выглядит как-то… старомодно. С Милой они были совершенно не похожи, словно чужие люди, а не родные сестры.

– Мила? Что случилось? – женщина выглядела удивленной.

– Все, ушла я от него, Тань, – Мила пыталась вытащить из машины чемодан, неохотно рассказывая ей о случившемся. – Познакомься, это Артем. Помнишь, я тебе рассказывала о нем?

– Да, конечно, проходите в дом, – Татьяна показала рукой на дверь, искоса бросив на меня изучающий взгляд.

Я подхватил чемодан одной рукой, в другую взял сумку, и мы прошли в огромную кухню.

– Мне уже пора, спасибо, – смущаясь, сказал я и поставил вещи Милы около дверей.

– Мы тебя просто так не отпустим, – улыбнулась хозяйка дома, – а чай попить с дороги?

Поддавшись уговорам, я сел на старенький диван. Он скрипнул подо мной и прогнулся. Дом внутри тоже выглядел неухоженным, словно в нем никто не жил.

На окнах была серая пленка из пыли, по полу сквозило, а печка была слабо растоплена. Лампочка тускло светила под самым потолком, вся облепленная мухами и грязью. Никогда раньше я и не думал, что дом можно так запустить и не следить за порядком.

Мила с сестрой накрывали на стол, тихо переговариваясь между собой. Казалось, что они не замечают ветхости и холода избушки.

Я чувствовал себя здесь неуютно и хотел поскорее вернуться домой. Оля, скорее всего, уже проснулась, нам нужно с ней завершить вчерашний разговор.

Ночью я долго не мог уснуть и решил, что мы ведем себя с ней, как два дурака. Она должна знать, что я по-прежнему отношусь к ней с теплом, ценю и дорожу нашим общением. Люблю я ее или нет – какое это имеет значение сейчас, если мы столько пережили вместе. Не рушить же все из-за глупой ревности? Пусть она губит меня своей энергией – в конце концов, может, это лишь глупые предрассудки сканеров. Отношения с Милой слишком стремительно ворвались в наш мир. Я не готов пока рушить семью из-за случайного увлечения. Или все-таки готов?

Я откинулся на спинку дивана, вспомнил, как Оля крепко обнимала меня за талию, как наши руки переплетались пальцами, обвивались между наших тел, как мы наслаждались друг другом и этого всегда было мало… Нет. Я не мог ее отпустить. Следом за воспоминаниями об Оле появилась картинка, как я держу на руках малыша, своего сына… которого не могла мне подарить жена.