Одинокий фонарь

Юрка запер дверь, загородив ее собой, и Макс, зло щурясь, уговаривал его уйти с дороги. Тот обещал, что никуда свою жену не отпустит, а Макс может катиться ко всем чертям. Любовница, которая вроде бы Марина, увещевала Юрку отпустить обоих с миром, ибо им и вдвоем будет хорошо. Даже Дамьен нервно крутился в переноске на кухне, когда я за ним зашла.

«Ничего, все будет хорошо, – глупо повторяла я себе. – Все будет хорошо, нужно просто это пережить…»

А у самой руки трясутся и ощущение такое, что если Юрка сам не отойдет, то у него потом будут все основания обратиться в суд за нанесение ему побоев мной лично.

– Слушай, Юрий, – ты же Юрий? – наступал Макс. – Ну зачем она тебе? Все, уже ничего не вернешь. Нет у тебя давно семьи и жены нет… – задержал Юркины ручищи, уходя от удара, а тот тут же вцепился в ворот куртки Макса. – Все, все, мужик… Отпусти. Смотри, вон и женщина твоя рассуждает здраво…

– Юрочка, да пусть идут! – Марина всплеснула руками, стоя поодаль от мужчин. – Ты же хотел здесь жить, помнишь? А она сама уезжает, чего ты в нее вцепился?.

– Отстань, дура!.. – рыкнул. – Катерина, ты никуда не пойдешь! – переключился на меня, безумно сверкая глазами, все еще цепляясь за Макса. – А вы все убирайтесь из нашего дома! Оба! Ясно вам?! Она моя, моя!!!

На секунду мне даже почудилось, что что-то шевельнулось в груди теплое по отношению к мужу. Он рванулся в мою сторону, освобождаясь от несуразного плена у двери, и схватил меня за плечи.

– Катюшка, зайчонок, ну прости дурака! Не уходи, пожалуйста!.

Он и впрямь быстро очутился у моих ног, неистово целуя мои руки, которыми я до побелевших костяшек вцепилась в пакеты. Стояла, словно зачарованная, впервые в жизни наблюдая мужа таким… жалким. Всегда гордый и неимоверно тщеславный Юрий впервые за долгое время сыпал комплиментами, как в тот вечер, когда соблазнил меня в клубе. Те три минуты первого в жизни эротического контакта надолго остались в памяти как эталон поклонения женщине.

Но в результате отдалась… ему.

От напряженности момента Дамьен начал пронзительно мяукать. Ему-то совсем не хотелось долго сидеть в клетке, тем более когда у хозяев такое творится. Наверное, это и вывело меня из ступора. Я встретилась взглядом с выжидающим прищуром мужчины, который колебался у открытой двери.