Осквернённый мир. Инквизитор

– А что там за пожары на юге, не знаете? – осмелился спросить старый торговец. Этот вопрос уже был на грани допустимого. – Это ведь просто пожары? Мне отец рассказывал, а ему – его отец про страшное время. Тогда всё тоже так начиналось.

– Не думаю, что это повторится при нашей жизни, – холодно ответил Нат Тайлан. Старик говорил о Пятом большом прорыве, тогда демоны дошли до стен Становления, фронт целых три года находился у самого города. О тех страшных днях остались лишь воспоминания, не истрепавшиеся и не потерявшие своего ужаса за более чем полтора века.

 – Если бы там всё было настолько серьёзно, я бы знал. Многие бы знали. Это всего лишь очередной небольшой прорыв. Вам бояться нечего.

Нат вышел из магазинчика, держа в руке свёрток с колбасными обрезками. Банки он разложил по карманам форменной шинели. То, что он собирался сделать, было его личным ритуалом на удачу. И это не было блажью, слабостью и уж тем более – суеверием. По крайней мере, так утверждал он сам, и даже законники не смогли бы найти причину придраться к его словам.

Остановился Нат за магазином в глухом тупике, маленьком и грязном, засыпанном снегом вперемешку с мусором. Здесь было тихо и пусто, если не считать нескольких мусорных баков, один из которых валялся в сугробе, изрыгнув из себя кучу гнилых овощей и мятых бумажных обёрток. Судя по характерным чёрным точкам, овощи были попорчены каким-то злокозненным фэйри. Такое случалось редко, дивный народец старался не конфликтовать с людьми, особенно в городах.

Этого, судя по всему, изрядно довели, раз он решился на такую пакость, да ещё и зимой, когда продукты и без того было трудно достать.

Тайлан раскидал носком сапога какие-то тряпки, сваленные у стены, положил свёрток на расчищенное место и развернул его. Лайф щедро насыпал туда нарезанной колбасы и мясных обрезков, даже добавил пару мелких рыбёшек. Когда Нат распрямился, к промасленной бумаге и лежащему на ней угощению уже принюхивались два тощих кошака. Эти всегда приходили первыми и потому успевали отхватить самые лакомые кусочки.

Из неприметных лазов и мусорных баков уже появлялись остальные коты и кошки: серые, рыжие, чёрные, разноцветные, с подранными ушами и без хвостов, со шрамами на мордах и выпирающими рёбрами. Они подходили к неподвижно стоящему человеку осторожно, с опаской принюхиваясь. А потом, убедившись, что перед ними их старый знакомый, со всей возможной скоростью устремлялись за своей порцией обрезков.