О, Камбр! или Не оглядывайся в полете!..

Потом еще пили за крокозяблов, серебрянку, Трепл было предложил пить за каждую серебрянкину лапу (у нее их шесть), но решили, что это уже чересчур. Пили за мэра, мэрию, Шару, Сайду и дружбу между народами и еще бог знает за что. Говорили уже все вперемешку, кто о чем, мало слушая друг друга…

–…Вот ты представляешь Руфи, я то-о-олько лук натянул, и… ветер, как назло. А этот большой-то, по всему видно вожак, он их, похоже, пас. А?..

– …А в Сайде готовят рагу из спичек?

– Да, только кладут туда побольше стуку и много-много чицы, но не сизой, как у вас, а розовой.

– Интересно…

– …Господин Тронкл, удалось так лихо подстрелить серебрянку? Жаль, что меня там не было, какое бы фото могло получиться…

– Ну что вы, господин Трампель (господин Трампель – это Трепл, если кто-то не в курсе), ничего особенного, уверяю вас. Она попыталась прыгнуть на меня с дерева, по счастью господин Дринкл оказался рядом и предупредил. Положить вам кусочек друбла?

– Благодарю вас…

– …Камбр, что у тебя нового? Я тут видел на днях Берри Струпника, но он ничего толком не сказал.

Что-нибудь пишешь?

– Да ерунда, так…

– …Говорят, Тарика Зой приезжает?

– Куда? К нам?!

– Я точно не знаю, вроде, у нее гастроли. Барьи, Тамаиза, Саламар, Яка, ну и так далее. К нам заедет.

– Да что ей делать в нашей дыре. Она, небось, в Тамаре один концерт даст и все.

– Ну не знаю, за что купил…

– …А не выпить ли нам еще по одной…

– …совсем дурной…

– …налей ему, налей, а то…

– …ну что ты, Треплик, не плачь, давай выпьем…

По мере того как напитков становилось меньше, речи становились все невнятнее и отрывистей.

Охотники начали разбредаться по креслам. Нойк заснул прямо за столом, и его не стали тревожить. Последними (все вокруг уже спали) из-за стола вылезли весьма нагрузившиеся мэр Чоли Тронкл и Руфус. Они в обнимку доползли до свободных кресел, вытянувшись насколько это было возможно по стойке «смирно» торжественно исполнили гимн Шары и «Храни, Богиня, Тамаизу», после чего, рухнув в кресла, пожелали друг другу спокойной ночи и погасили свет. Руфус, правда, перед тем как окончательно отключиться, вспомнил, что не выкурил последнюю трубку, но сил встать уже не было. «Ладно, – подумал он, – завтра, уж завтра точно…», и погрузился в сон.

***

Камбр проснулся, когда на дворе еще было темно. Голова трещала кошмарно, перед глазами плыли круги, и вообще, казалось, будто кто-то взял его да и подвесил вверх ногами, хорошенько измолотив при этом.