Тише воды

Это коснется его в любом случае. Даже дважды.

– Нет! – неожиданно резко возразил Джулиус.

Никс промолчала. Она махнула рукой и вышла из кабинета. Так или иначе, Джулс последние месяцы чувствовал себя трусом. Ему не хватило смелости открыть Корникс правду о них и о том, что Орден сделал когда-то. Ариэль безропотно принял плашки на хранение и поклялся, что никто, кроме самого Коллоу, никогда не увидит их.

Коллоу убрал бутылку и надежно запер ящик.

* * *

Одиночество в пустом доме тяготило Руфуса.

«Зимние каникулы когда-нибудь закончатся», – успокаивал он себя. Скоро студенты вернутся в Шейдивейл, и Тангл снова начнет преподавать. Эта мысль, пожалуй, была самой радостной.

Девочки разъехались кто куда. Эмьюз гостила у Тэсори, а Лют выиграла билеты на зимний фестиваль чего-то там. Яник не был в восторге от перспективы сопровождать свою Тень. Только его никто не спрашивал.

Руф сидел с ногами на широком подоконнике, настраивал гитару и наблюдал за соседями, по которым можно было сверять часы.

Миссис Пинни из дома напротив выволокла упирающегося пса гулять. Раскормленный мопс в синем комбинезоне ненавидел свою хозяйку всем сердцем. Пожилой антиквар и большой чудак, мистер Дэвис приобрел коллекцию старинных пороховых ружей и вот уже неделю раз в день выходил из дома, чтобы выстрелить в воздух. Шум пугал всю аллею. Когда перед дверью собралась толпа соседей, горящих желанием его урезонить, старичок заявил, что если не стрелять, ружья испортятся. Испортятся! Как будто это молоко или пирог. Алиса обещала принять меры.

Тангл любил дом и аллею, на которой тот стоял. Он перечитал почти все книги библиотеки Натана, но по-настоящему тронули те, что прежний владелец написал сам. Его многочисленные дневники и цитатники. Там живая история Ордена не выглядела скучным бредом. Если хорошо пораскинуть мозгами, что-то наверняка пойдет для лекций.

Только ни умиротворяющий пейзаж, укутанный пушистым снегом, ни монотонное бренчание не могли заглушить сосущую тревогу.

Ночью умер Танцор. Кто, где и почему, – Руф не знал.

Он едва не подпрыгнул, когда внизу ожил дверной колокольчик. Гостей Руфус не ждал. «Наверняка соседи опять что-то измыслили против антиквара, – подумал Руф. – Я же им ясно дал понять, что полиция все так не оставит». Тангл остановил дрожание струн и потер лоб. Колокольчик замолчал, но стоило расслабиться, как в окно второго этажа деликатно постучали.