Девочка со спичками

Птица все стучалась где-то в районе сердца, в тепле, под курткой. Полине так хотелось с кем-то поговорить, поделиться радостью, страхом и надеждами – но, кажется, не было ни одного живого человека на всей земле, кому она могла бы об этом рассказать.

И вдруг ее осенило.

Полина свернула на свою дорогу, но пошла не домой, а двинулась к окружному шоссе. Через пятнадцать минут она уже направлялась в сторону кладбища.

Полина обязательно расскажет обо всем маме.

И та будет рада.

Дело 56-689

Сидеть за столом полагалось ровно.

В тишине огромной малообитаемой столовой мать укоризненно посмотрела на Игоря, а потом – на золоченые напольные часы. Без пяти восемь.

Подросток нехотя распрямился. Он висел на блестящей ореховой столешнице, раскачиваясь на самом краешке стула, – угрюмый, как взъерошенный грач. Стул под Игорем тревожно поскрипывал – терпеливый, старый, обитый узорчатым, затертым до блеска итальянским велюром.

Место рядом с третьей тарелкой – бледно-голубой, тонкого фарфора, с резным краем – как обычно, пустовало.

Мать туманным, невыразительным жестом балерины с картины Дега отмахнулась от кого-то невидимого и стала тереть виски.

Отец никогда и никуда не опаздывал – кроме этих воскресных ужинов раз в месяц. Иногда на полчаса, на сорок минут, а сегодня – почти на час.

«Мы теперь его бывшая семья, и он нам ничем не обязан», – цедила Арина, когда накрывала на стол и вытряхивала из выдвижной полки ворох кружевных салфеток. Она перебирала их и отбрасывала, потому что все они казались ей глупыми и безвкусными.

Арина каждый раз готовилась к приходу бывшего мужа так основательно, словно он собирался вернуться навсегда.

– Может, он еще на работе… – осторожно предположил Игорь, но его тут же прервал писк входной двери.

Арина торопливо застучала по паркету каблучками пушистых домашних туфель, и все снова стихло.

В детстве молчание этой квартиры никогда не казалось Игорю странным – до тех пор пока он не попал в училище и не понял, что остальные люди живут совсем по-другому.

Одногруппники поголовно ходили в очках и нейролинзах, которые Арина сыну запрещала; молодые курсанты громко хохотали над мемами из метавселенной, спорили с кем-то в Сети, сидели на энергетиках, много курили, отчаянно и весело ругались матом, не стесняясь старших по званию. Кроме того, они постоянно дрались и выясняли отношения, стараясь втянуть Игоря в очередной виток этих разборок.