Сердце магии 2

– А ты неплохо сохранился, – ляпнула в ответ, первое что пришло на ум.

– Арис, если не знаешь, – представился, приподняв бровь, – говори, что у вас там опять?

– Дед объявился, – развела руками, – полукровки без драконьей памяти, пришла узнать, что делать.

– Дед? – удивился он искренне. – Все неймется?

– У меня теперь есть дядя, – кивнула в ответ. Бог повернулся к высокой статуе, что стояла в центре помещения.

– Полукровок можно отправить назад, – произнес, стоя ко мне спиной, рассматривая свое монументальное воплощение, – или сводить к источнику магии.

– И что это даст?

– Это пробудит их кровь, они станут сильнее, многие обретут ипостась, даже если им досталась всего капля драконьей крови, – произнес он и посмотрел на меня через плечо.

– Источник что, всех одраконивает? – решила уточнить на всякий случай. – А то желающих много, им такой эффект может не понравиться.

– Да, может так получиться, что ипостаси будет не одна, а две, – пожал он плечами меланхолично.

– Мило, надеюсь народ оценит и не впадет в истерику, – мысленно хватаясь за голову, прокомментировала услышанное.

– Что будешь делать с дедом? – спросил как бы между прочим.

– Он старый амбициозный маразматик, что нам только на руку, – отмахнулась, как от мухи, – любая почетная должность с кучей регалий и пафоса, и он прижмет хвост. Главное, не давать реальной власти, а вот дядя для меня темная лошадка.

– Лошадка, но без воли, – качнул головой Бог, – Николаус полностью его контролирует, там одна общая для всех полукровок проблема – отсутствие памяти.

– Подождите, а что, бабуля не дракон? – приподняла бровь в удивлении.

– Марионна – дракон, но то яйцо, что она произвела на свет, не выжило, – усмехнулся Арис лукаво, – это был их главный секрет.

– О как, а дед-то у нас огонь, – кивнула, – цель оправдывает средства. Так вы мне только что дали против них главный аргумент.

– Во всем, что происходит сейчас с этим миром, вина твоего деда, пусть и не напрямую. Изгоняя своих детей из этого мира, я искренне надеялся, что они поймут и умерят гордыню, пожертвовав одним, попросят прощения.

– Да, за них я очень благодарна, – улыбнулась, вспомнив утро.

– И пусть приходят, не обижу, – улыбнулся Арис, – все, кто пришел в этот мир, стали мне детьми, пусть и приемными.