Тетрадь в клетку

– Катюша, Нюсе нечем заняться дома, поэтому она развлекается тем, что целыми днями звонит знакомым и родственникам с рассказами. И когда у нее заканчиваются новости, она приезжает ко мне за новой порцией. В нашем-то дурдоме всегда что-нибудь происходит.

– Теперь ясно. Хорошо вам поболтать. Я загляну вечером.

– Давай, не кисни! Что-то ты сегодня вареная…

Попав в здание, я облокотилась о прохладную стену сразу у двери и простояла так несколько минут. Моей коллеги Замиры не было на месте в кабинете, я надела халат и пошла работать.

Комната #8, в которую мне нужно было зайти сегодня, была на первом этаже, и я была рада, что мне не придется подниматься по лестнице и долго бродить по путанным коридорам.

На мой стук никто не ответил, но я не ушла, а потянула ручку и дверь открылась.

– Добрый день. Меня зовут Екатерина, я психолог. Могу ли я войти? – спросила я громче обычного, не видя никого в комнате.

– Как хотите – послышалось из глубины.

Я прошла внутрь и увидела сгорбившуюся женщину на кровати в окружении черно-белых фотографий.

– Здравствуйте, вы в порядке?

– Нет. У меня никого больше не осталось – произнесла женщина тихо, не поднимая головы.

– Как вас зовут? – спросила я.

– Акмарал Талгатовна.

– Расскажите мне, что случилось?

– Я с мужем всего семь лет прожила, он от инсульта скончался. Меня на этом свете тогда удержали дети. Это Мадина, моя старшая дочь – сказала она, протягивая мне фото дрожащими руками.

– Красивая…

– Да, очень. Тут она студентка.

Окончила медицинский институт, вышла замуж и десять лет назад разбилась в аварии на машине со всей своей семьей. Близняшки-дочурки у нее были, цветочки мои.

– Мне очень жаль.

– Это Куаныш, наш средний. Он все оттягивал жениться, считал, что не готов. Увлекался походами в горы, учил детей альпинизму. Сорвался в прошлом году. Насмерть.

У меня не было слов.

– Это Лаура, младшенькая. Рак. Ее не стало в 30, остался маленький сынок. Ибрагим. В колледж поступил в этом году. А вчера и его не стало, передозировка наркотиками.

Не уберегла я его…

Женщина разрыдалась. Я подошла и обняла ее за плечи. По моим щекам скатывались слезы.

– Я хочу умереть.

– Не говорите так. Вы должны жить.

– Словно проклятье какое-то. У всех родных людей жизни оборвались. Зачем мне жить? Для чего?

У меня не было ответа. Только установка, что все, кто живы, для чего-то нужны в этом мире. Мой мозг воспаленно искал аргументы и подходящие формулировки. Не находил.