Демон моей души

Вы и правда прелестны. Где вас отыскал этот оболтус?

– Не поверите, он – мой преподаватель. – отозвалась Геля, видя, как отвернулась брюнетка.

– Эх, и почему я не преподаватель. – деланно огорчился Алексей. Темно-серые глаза разглядывали Гелю с вежливым интересом.

– Зато у тебя полно медсестричек. – подала голос Марина, перестав разглядывать посетителей. Голос у нее оказался грудной, приятный.

– Они все замужем. Ладно, Кир, рад был тебя видеть. А то совсем пропал. Звони, приезжай.

– Взаимно, взаимно.

Еще раз обменявшись рукопожатиями, мужчины разошлись, уводя своих спутниц.

– Милый чувак. – сообщила Геля, присаживаясь за столик. Придвинув ее стул, Демон сел напротив и раскрыл меню.

– Да. И отличный пластический хирург Итак, что закажем. Ты голодная?

Ангелина была голодная. Очень. Поэтому она заказала лосося с паровым картофелем и салат из козьего сыра и ветчины, плюс кофе. Тогда как Демону приглянулся стейк с овощами и теплый салат с говядиной.

– И принесите сразу мне стакан воды, а девушке – яблочный сок.

– О чем ты хотел поговорить?

Геля положила руки на стол, кожа порылась мурашками от соприкосновения с прохладной поверхностью. В голове вдруг образовалась сосущая пустота. Надо же, целый месяц готовилась, сочиняла речь, подбирала слова и все – пусто.

– Я тебя люблю. – спокойно проговорил вдруг Демон. Он откинулся на спинку стула и в упор смотрел на Гелю.

А она вдруг поняла, что дар речи утерян.

Это правда все происходит наяву? Не сон, не глюк, не бред?

Даже не получалось отшутиться в привычной манере. Ангелина просто сидела и проживала снова и снова миг признания.

«Я тебя люблю».

Три простых слова, сказанных без надрыва и красочного вступления. От них стало безумно хорошо и немного страшно. Потому что – Геля понимала – за словами пряталось настоящее чувство. То, которое с годами становится лишь сильнее. Не нежный цветок, погибающий от малейшей непогоды, а крепкое надежное дерево.

«И чего будешь делать? Сидеть и молчать? Может, скажешь что-нибудь? А то Демон решит, что тебя удар от счастья хватил».

Язык все еще не хотел слушаться. Да что язык! Геля убрала руки со стола, так как они дрожали, так же, как и все внутри. А на губах сама собой то и дело вылезала абсолютно глупая улыбка.

– Кирилл, я… – она чувствовала себя счастливой идиоткой.