Как укротить Валькирию

Как ей такой, обезображенной телом и душой, дать Ивару шанс стать ближе?

Не стоит портить ему жизнь.

Натянув футболку обратно, Карина спустилась вниз. И присоединилась к остальным.

И остаток вечер просидела у потрескивающего камина, в обнимку с Риком. Предоставив Ане помогать с напитками и закуской. После буйного времяпровождения в парке развлечений, навалилась апатия. Но не тянущая, а даже несколько приятная. Этакая расслабленная лень. Карина даже едва не задремала. Очнулась, когда Ивар встал и пожелал Ане спокойной ночи.

Та первой упорхнула наверх.

– А Влад… – тут Карина заметила рыжего. Он мирно дрых на диване.

– Пусть спит. – махнул рукой Ивар. – Пошли, я вырубаюсь. Поэтому не смей ко мне приставать.

– Очень смешно.

Они ушли, выключив свет и погасив камин. Коттедж погрузился в сонную тишину. И сам стал засыпать, укутанный мягким снежным покрывалом.

Где-то в районе часа ночи темная фигура на диване зашевелилась. Тихо охая от того, что затекло все тело, Влад сел и сонным взглядом обвел темную гостиную.

Потом ворча что-то не спеша пошел наверх.

– Пардон. – пробормотал, когда, зайдя в гостевую, увидел на кровати женскую фигуру. Зато во второй комнате оказалось пусто. Позавидовав Ивару, который вот прямо сейчас спал, окруженный женским теплом, Влад разделся и залез под одеяло.

***

Дана не выходила из кабинета минут тридцать. Сначала просто сидела, успокаивалась. Пыталась даже припомнить какую-нибудь мантру, но получалось нечто вроде: «пошел на…, пошел на…».

Особо не успокоило, но на душе чуточку стало легче.

В шкафчике нашлись влажные салфетки. Дана такие сюда не покупала, слишком дорогие. А по эффективности ничего не отличаются от обычных. Извела полпачки, стирая остатки помады и ощущение чужих губ.

Ноги уже не дрожали, но внутри все оставалось натянутым, как струна.

Умом Дана понимала, что в этой войне она уже проиграла. На стороне Германа сила, деньги и связи. Он даже мать очаровал.

Так, что она без раздумий практически продала дочку…за хорошую жизнь.

Сухой всхлип вырвался из груди. Надежда боролась с разумом. Дана не хотела проигрывать.

И замуж тоже не хотела. За Германа по крайней мере. Потому что – девушка точно знала – это будет золотая клетка. Где каждый ее шаг будет контролироваться. Фирму он ей оставит, да. Но Дана не сомневалась, что наберет сюда новых сотрудников. И те будут преданны ему, а не ей.