Особые обстоятельства

Я все равно прогуляться хотела, – отмахнулась я, да и обязанной не желала быть.

Чори хоть и далеко до красот столицы, но он тоже оказался интересным городом с широкими улицами в центре и скульптурой императора на главной площади. Дома пониже, зато светлее. Камень для строительства здесь привозили в основном с Южных карьеров. А там он играет всеми оттенками бежевого и желтого. Ну и много зелени, фонтанов и небольших искусственных ручьев, оформленных разноцветными отполированными камнями.

Немного пройдясь по главным улицам и посмотрев цены – ненамного ниже, чем в столице, – я углубилась в улочки с мелкими лавками.

В одной из таких нашла утягивающую ткань и купила отрез, чтобы вернуть Дианте, а также красивую шаль с яркой росписью. Дианта хоть и отказалась брать деньги, но хотелось ее отблагодарить. А краски, что собиралась ей купить, и так ведь пойдут на рисунок для меня.

За время нашего знакомства Дианта уже сделала столько набросков Талисы, и теперь мне было несколько неудобно. Их бы за глаза хватило, чтобы показать подруге ахану, но новая знакомая загорелась идеей написать мой портрет вместе с птицей.

А я не могла ей отказать.

Казалось, Дианта истосковалась по нормальному человеческому общению, когда от нее ничего не требуют, и ей доставляло удовольствие заниматься любимым делом. Ради того, чтобы урвать мгновения свободы, она вставала как можно раньше. Хорошо еще, что танцовщица вечером не засиживалась, считая, что полноценный сон благотворно сказывается на цвете лица.

Купив себе еще несколько необходимых в дороге мелочей, нашла лавку Жерома.

Она располагалась на тихой улочке, вдали от суеты. Яркая вывеска, украшенная орнаментом из цветов, привлекала внимание издалека. Я похвалила ее, как зашла, и узнала, что рисовала дочка владельца.

Взяла у Жерома холсты, краски, кисти. Не знала, что рисование настолько дорогое удовольствие, но расплатилась без сожаления. Уже хотела уходить, когда вспомнила, что обещала Дианте мольберт.

В лавку вошли новые покупатели – отец с дочкой.

Видимо, знакомые хозяина лавки. Я отошла к стене, где стояли мольберты, и стала присматривать небольшой, удобный в походных условиях.

– Верное дело, зуб даю!

Я дернулась от горячего шепота. Подняла взгляд и увидела под самым потолком маленькое окошко, приоткрытое из-за духоты. Голос шел оттуда, и следующие слова заставили меня насторожиться.

– Они в город не заезжали, остановились неподалеку. К ним сегодня провизию повезли, люди Кривого проследят.