Особый случай

Найдись и пойми, что я не дам тебя в обиду. В Льдорре, окруженной любовью и заботой, тебе ничего не будет грозить. И тебе не нужна будет твоя магия. Я всегда буду рядом. И защищу от чего угодно».

Арлиса

Я стояла на берегу моря, вдыхала соленый воздух и смотрела вдаль. Ступни грел мягкий песок, такой белоснежный, что глазам больно.

Выпустила внутреннюю силу, желая почувствовать это место, получить отклик природы, и пошатнулась. Демоны бы побрали проклятый дисбаланс! Где были мои мозги, когда я согласилась на запечатывание?! Чувствовала себя колченогой табуреткой: вроде бы и стоит, но попытаешься на нее сесть, как тут же завалишься.

Так и я – стоило привычно потянуться к своей силе, как в ответ получала полную сумятицу ощущений. Или другое сравнение: словно вас лягнула норовистая лошадь. Потеря ориентации на несколько мгновений, пока летишь и шмякаешься о землю.

Но сила притихла, присмирела, когда на плечи вдруг легли тяжелые ладони.

– Арлиса, – послышался шепот над ухом. Точно ветер прошумел, принес с собой свежие резкие запахи.

 – Где ты? – послышалось опять, а я не могла ответить, только стояла и дрожала. Магия внутри перестала разрывать меня на части, теперь она точно льнула к рукам того, кто стоял позади. И, оборачиваясь, я уже знала, что столкнусь с бирюзовым взглядом…

Но вместо этого меня обожгло холодом голубых глаз. И ветер вокруг резко стал ледяным, пронизывающим.

– Арлиса! – теперь уже голос Дэриэна звучал вокруг. – Огонек! Огонек, где ты, скажи! Арли…

И снова пространство дрогнуло, а я оказалась в объятиях Рейна.

От него пахло морем и мужчиной. Моя сущность заурчала, начала льнуть к пирату.

– Кто-то пытается помешать нам, – шепнул Рейн, удерживая меня.

– Отпусти!

Я пыталась выкрикнуть это слово, но вышел лишь стон. С головой захлестнуло волной вожделения, подхватило, увлекло за собой. И, точно в ответ на мой стон, объятия капитана стали крепче, его руки скользнули вниз по моей спине, сжали ягодицы, смяли подол платья.

– Я найду тебя! – пообещал Рейн, увлекая меня на песок.

А тот стал мягким, точно изысканное белье…

Я открыла глаза, чувствуя как внутри затихают остатки наслаждения. С беззвучным стоном перевернулась на живот и зарылась в подушку. Стыдно-то как! Уже не первый раз мне снился Рейн. И каждый раз сон выходил таким ярким и бесстыжим, что у меня горели щеки.

Я приподнялась и прислушалась: в домике стояла тишина, за окнами еще царствовала ночь. Только где-то далеко сонно пропела птица.